Ливийский сценарий. Как революции уничтожают государственность

15 февраля 2011 года в Ливии начались первые митинги, которые очень быстро переросли в беспорядки и жёсткое гражданское противостояние. Поводом для волнений стал арест юриста Фатхи Тербиля, защищавшего права политзаключённых тюрьмы «Абу-Салим».

Сначала эпицентрами выступлений стали Триполи и Бенгази, потом беспорядки перекинулись на другие города страны. 10 лет назад митингующие вышли на улицы с требованием отставки премьера Багдади аль-Махмуди и освобождения политзаключённых.



Также они призвали лидера республики добровольно отказаться от власти и «обеспечить мирный переходный период». На лозунги недовольных граждан Каддафи отреагировал необычайно жестоко — он бросил против протестующих войска с огнестрельным оружием и даже распорядился об ударе по ним с воздуха.
 

Жертвами действий ливийской армии стали сотни человек. Кровавые действия властей лишь накалили противостояние и стали прологом к осуждающим действиям Совета Безопасности ООН

На следующий день после резолюции Совбеза 1970 противники Каддафи сформировали в Бенгази Переходный национальный совет (ПНС), которого объявили единственным законом органом власти страны.

Создание данного института позволило улучшить координацию действий оппозиции и начать раскалывать ливийскую элиту, привлекая на свою сторону высших чиновников и офицеров. Так, 2 марта ПНС возглавил бывший министр юстиции Ливии Мустафа Абдель Джалиль.

Именно на Переходный национальный совет сделали ставку западные государства и ряд арабских стран (прежде всего, Катар и ОАЭ), давно точивших зуб на ливийского диктатора.

Роковой для режима Каддафи стала резолюция Совета Безопасности ООН 1973 от 17 марта 2011 года, которую не отважились заблокировать Москва и Пекин. Она запретила поставки оружия и вводила в Ливии бесполётную зону, хотя и разрешала оказывать гуманитарную помощь населению.

Под предлогом реализации документа международная коалиция из западных и арабских государств инициировала воздушную операцию против правительственных войск, а НАТО организовало морскую блокаду, чтобы не допустить проникновения наёмников и вооружений.

Однако оружейное эмбарго выполнялось выборочно. Официальный Триполи военную помощь из-за рубежа не получал, а вот повстанческие формирования на проблемы с оружием и боеприпасами не жаловались

Специалисты международного права продолжают спорить о том, насколько были правомерны операции стран-членов альянса, Катара, Саудовской Аравии и ОАЭ.

Коалиция грамотно прикрылась необходимостью защиты мирного населения и соблюдения оружейного эмбарго. Однако по факту усилия, которые предпринимались иностранными державами выходили за рамки приемлемого применения силы. Даже лояльные коалиции СМИ признавали, что она координировала удары с оппозицией.

Как бы то ни было, но Россия и Китай повели себя, мягко говоря, непредусмотрительно. Безусловно, на жестокость режима Каддафи требовалось ответить серьёзными мерами давления, но после принятия резолюции 1973 ситуация вышла из-под контроля Совбеза, Москвы и Пекина.

Впоследствии Дмитрий Медведев, возглавлявший на тот момент российское государство, удостоился немалой порции критики. Москва действительно многого не предугадала. Например, уже в начале марта 2011 года с принятием Евросоюзом первых санкций против Триполи стало понятно, что Запад готов пойти в обход ООН

Ничего не мешало Москве, заручившись поддержкой Пекина, настоять на том, чтобы прописать в резолюции 1973 пункт о недопустимости какой-либо формы иностранного военного вмешательства без принятия отдельного документа Совбезом.

В итоге нечётко выраженные формулировки резолюции послужили весомым поводом для неприкрытой помощи мятежникам. Только благодаря западным ракетным ударам и поставкам оружия оппозиции удалось одолеть правительственную армию.

22 августа в ходе кратковременного наступления повстанцы овладели Триполи. Каддафи был вынужден податься в бега, скрываясь от ищущих его коалиционных ВВС и мятежников. Однако диктатора всё равно выследили — 20 октября вблизи города Сирт западные самолёты нанесли удар по кортежу полковника. После этого повстанцы напали и растерзали Каддафи.

Кадры со зверским убийством ливийского лидера облетели весь мир, и вызвали нескрываемый восторг у главы Госдепа Хиллари Клинтон. Данный факт ещё раз продемонстрировал истинные цели Соединённых Штатов и их союзников, постоянно кичившихся защитой демократических ценностей.

В СМИ и экспертной среде появился термин ливийский сценарий, который по делу и без дела начали применять к другим государствам, включая Россию. Суть этого понятия сводится к тому, что внешние силы умело раскачивают обстановку в стране посредством дипломатической и военной поддержки оппозиции.

Конечно, в Ливии не было дыма без огня. Часть общества, особенно молодое поколение и зачаток среднего класса, испытывала сильную психологическую усталость от чрезмерно жёсткого авторитарного режима Каддафи. Естественно, революция и госпереворот пришёлся им по душе.

Вполне возможно, что кто-то в Ливии всерьёз надеялся на демократические перемены и лучшее будущее. Но реальность минувших 10 лет такова, что ВВП республики рухнул в три раза, нефтяные залежи оказались под контролем экстремистов, регионы республики по-прежнему поделены между разными политическими силами и группировками

Гражданская война принесла только беды и страдания ливийскому народу. Безусловно, в этом есть огромная вина Каддафи, который слишком бесцеремонно занимался узурпацией власти и наслаждался неограниченными полномочиями, усердно выкорчёвывая инакомыслие.

Кроме того, ливийский диктатор очень вызывающе вёл себя на международной арене. Шикарный шатёр во время зарубежных поездок и охрана из представительниц слабого пола — лишь песчинка в море его чудачеств, стоивших в итоге Каддафи не только престола, но и жизни.

Особое удовольствие ему доставляли оскорбление и подкуп зарубежных госдеятелей, борьба за влияние в Северной Африке, поддержка террористических формирований. Бесцеремонность и бахвальство Каддафи порой не знали границ.

Однако нужно отдать диктатору должное — в отличие от Саддама Хусейна и других региональных лидеров он умел делится со своим народом. По меркам Ближнего Востока Ливия до 2011 года жила хорошо — Каддафи активно поддерживал молодые семьи, развивал жилищное строительство, систему образования, пытался решить проблему с водоснабжением.

Он был не глупый человек, но находился под опъянением от важности собственной персоны. В сущности, щедрость Каддафи к народу тоже являлась следствием его желания потешить свою тщеславную природу. Поэтому акции протеста и любое инакомыслие он воспринял как вопиющую неблагодарность.

Однако злая ирония судьбы заключается в том, что в истории Ливии не было периода лучше, чем время правления Каддафи. Эта жестокая неприглядная истина в идеале должна послужить уроком для всех стран с большими внутренними противоречиями и подверженных внешнему вмешательству.

Какой ещё вывод невольно напрашивается, когда мы анализируем драматичные ливийские события?

Власть в любом уважающем себя государстве должна быть сменяемой, авторитарный лидер обязан вовремя уходить. За неимением свободных выборов ему следует (в конце концов ради сохранения собственной жизни) передать бразды правления более молодому приемнику. Только так получится избежать бунта подрастающего поколения, у которого всегда превалирует запрос на новизну и перемены

Вне зависимости от сложности внутриполитической ситуации оппозиция не должна вступать в коалицию с иностранными государствами, ведущими борьбу против действующего лидера. В противном случае страна лишится суверенитета и, скорее всего, территориальной целостности. Это весьма актуальные умозаключения, в том числе для российской власти и её противников.

Степан Зайцев

 
  • avatar
  • .

1 комментарий

avatar
Получили новизну и перемены? Молодцы.
Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.