6 сентября1939 года президент Польши, её правительство и генеральный штаб покинули Варшаву, и через несколько «резервных» столиц к 16 сентября добрались до Коломыи, города на юго-востоке страны, недалеко от границы с Румынией. К этому времени уже неделю с Бухарестом шли переговоры о возможности пересечь границу и транзитом проследовать в черноморский порт Констанца, а оттуда в союзную Францию, чтобы там организовать правительство в изгнании.

Это создавало проблемы Румынии, поскольку на неё оказывал давление Третий Рейх, требуя интернировать любых польских руководителей, в случае если токовые пересекут границу.

Утром 17 сентября стало известно, что РККА вошла в Польшу, и руководство страны перебралось в приграничный город Кут, где продолжило переговоры.  Румыны согласились пропустить на правах и в статусе государственной делегации с одним условием – полный отказ от политической активности, пока не покинут территорию Румынии.

Поляки согласились, с 20.00 17 сентября до 2.00 ночи 18 сентября автоколонны президента, правительства и генерального штаба пересекли границу и направились в сторону Черновцов, где им был обещан поезд до Бухареста.
 
Но вышло иначе. Сначала в Черновцах поляки организовали скандал – их встречали рядовые сотрудники министерств и офицеры генштаба в небольших чинах. Министр иностранных дел Польши Юзеф Бек заявил, это что оскорбление – его по протоколу должен встречать либо румынский коллега, либо его зам, командующий Рыдз-Смиглы устроил выволочку румынским офицерам, поскольку ему по статусу требовался почетный караул.
 
Затем президент Игнаций Мосьцицкий отправил телеграмму с воззванием к народу Польши.
 
Чем дал румынам повод объявить, что условие пропуска через границу нарушено – проявлена политическая активность, поэтому представители польского руководства будут интернированы. Основных руководителей тут же разделили и увезли в разные города.
 
Изначально румыны планировали дождаться официальной капитуляции польской армии, а следом разрешить проблемным гостям покинуть страну.
 
Но поляки просидели в статусе интернированных почти месяц. Дело в том, что уже Франция не желала видеть их в качестве членов правительства в изгнании, там считали «полковников», (так называли прямых преемников Пилсудского), недостаточно демократичными. Париж негласно потребовал у Бухареста держать интернированных как можно дольше, пока не будет сформировано правительство Польши в изгнании без их участия.
 
Получив свободу, ещё недавно всесильные властители II-й Речи Посполитой, огромного государства, на словах претендовавшего на статус великой державы, оказались никем — пенсионерами без пенсий.
 
(На фото Игнаций Мосьцицкий с группой офицеров, недалеко от румынской границы.)