Заброшенный маяк, штормовые хребты и панорама с «вершины Земли»

Главный редактор «Магаданской правды» Елена Сидорова на судне «Бансей» высадилась на мысе Таран полуострова Кони — скалистом выступе Охотского побережья Магаданской области, где с 2017 года не действует маяк, а штормовые ветра и пересекающиеся морские течения формируют одни из самых суровых условий на Колыме.

Участники экспедиции поднялись на крутой хребет мыса, осмотрели заброшенные дома смотрителей маяка и оценили панораму, которую путешественники называют видом «с вершины Земли». Чем труднодоступный мыс привлекает туристов из других регионов и что хранят стены построек, оставленных людьми почти десять лет назад, Елена Сидорова рассказала в материале.

НА СПИНЕ У ДРАКОНА

Если в прошлогоднюю поездку мы заезжали на относительно пологий край заповедного полуострова — мыс Алевина, то на этот раз пришвартовались на Таране. На карте он напоминает конструкцию в нижней части носа античного боевого корабля (возможно, отсюда и название), который словно пытается дотянуться до острова Завьялова. Удивительное место, где кажется, что скалы достают до небес, на острых пиках которых повисли кусочки тумана. Ощущаешь себя в сказке, и думается, что еще немного, и из-за горы вылетит какое-то фантастическое существо.

СТИХИЯ И Я

Выгрузившись на берег, первым делом отправились к маяку. Уже давно недействующий, но, как и все подобные сооружения, он словно магнитом манит к себе путешественников. Возможно, потому, что маяк стоит вопреки стихии — штормам, волнам, времени. Мощный символ стойкости, способности сохранять верность делу, не сдаваться и вести за собой.

К маяку ведет высокая и достаточно крутая лестница, взобравшись по которой, можно насладиться восхитительными видами — морскими далями, волнами, бьющими о невысокие прибрежные скалы, чайками, выныривающими из тумана, тающего в лучах робкого колымского солнца.

Подняться к остановившемуся навсегда сердцу маяка, да еще с 7-летним ребенком, не решились, сооружение все же старое и находится без пригляда. Но, оставшись позади, покоренная высота уже перестает восхищать, и хочется забраться выше — «оседлать» Таран, который сверху, спасибо моей буйной фантазии, кажется извивающейся спиной дракона.

Оставив дочку у маяка с нашими компаньонами по походу, таки решила вскарабкаться на крутой хребет. Скажу сразу, лезть туда непросто и небыстро, но оно того стоит — виды непередаваемые. С одной стороны ровная гладь моря, отражающего синее небо и берег с заброшенными домиками работников когда-то действующего маяка, а с другой - бурные волны, бьющие о скалистые берега и наползающая вата тумана, придающего месту прекрасную суровость.

Глядя на птиц, пролетающих над спиной дракона, невольно думаешь об их свободе и земной вечности. Сколько этот мыс стоял до нас, сколько он простоит после нас? Память же навсегда сохранит эти удивительные мгновения соединения со своевольной стихией, где только я и она.

ВЕРШИНА ЗЕМЛИ

На драконьем хребте разговорились с туристом из Кирова, прибывшим на мыс вместе с нами на «Бансее». Оказывается, покорив просторы Русского Севера, включая суровые Соловки, и объехав почти весь Дальний Восток, Алексей Галучинский не бывал только в Магаданской области. За пару недель до поездки на Колыму его друг по своим причинам ехать отказался, но путешественника это не остановило, он отправился один, о чем совершенно не сожалеет.

«Природа Дальнего Востока необычайная, и, несмотря на кажущуюся похожесть, все места абсолютно уникальны: сурово красивы и необъяснимо манящи, — поделился впечатлениями Алексей Галучинский. — С вершины мыса открывается невероятная панорама, кажется, что весь мир перед тобой. На вершине Земли себя ощущаешь. Немного страшно, но очень интересно».

Как отметил собеседник, такой отдых не для всех, ведь большинство людей предпочитают удобный пляж с пальмами и коктейлями и теплое море очарованию первозданной природы - неисхоженных толком мест, до которых не так просто добраться, но тем они и уникальны.

«Я рекомендую всем хотя бы раз в жизни выйти из зоны комфорта и заглянуть в неизведанные толком уголки нашей необъятной родины. Вот, например, на удивительную Колыму. Воспоминания о таких путешествиях останутся с вами на всю жизнь», - уверен Алексей Галучинский.

А еще он отметил приветливость и удивился большим сердцам северян, приведя случай, как по прилете в Магадан его предложила подвезти до города незнакомая женщина. Говорит, что для центральной части страны, в особенности для Москвы, такое просто немыслимо. И с ним трудно не согласиться. Ритм миллионников не дает времени оглянуться вокруг. Не до души, как говорится.

ВЕТЕР СТЕКЛА БИЛ

Спустившись с драконьей спины, пошли исследовать заброшенные дома работников маяка. Затхлость, протекшие потолки, куски отвалившейся извести со стен, оставленные вещи… Невольно представляешь, как здесь жили и работали люди, далеко от города, в суровых условиях, ведь маяк на мысе Таран стоит в очень непростом месте, где пересекаются морские течения и воздушные потоки, из-за чего штормы бывают особенно сильными и частыми.

История сохранила случай, как в октябре 1972 года штормовой ветер буквально выбил стекла в фонарном сооружении маяка. Более того, сам каркас башни деформировался, а в сварных швах появились трещины. Год спустя ситуация повторилась: снова шторм, снова выбило стекла в фонарном сооружении.

Когда рассматривали обстановку в покосившихся домах, внимание привлекло большое количество книг, причем не какое-то бульварное чтиво, а русская и зарубежная классика: «Путешествие из Петербурга в Москву» Радищева, «Мертвые души» Гоголя, томик произведений Толстого, «Арктическая одиссея», рассказы Рея Бредбери. На столе лежал открытый вахтенный журнал моториста. Последняя запись датируется 2017 годом. Удивительно, как он хорошо сохранился в сырости, выглядел, как будто оставлен вчера.

Выйдя на улицу, заметили самодельные турники и одиноко развевающийся небольшой флаг с российским триколором. Получается, хранители маяка были людьми интеллектуальными, спортивными и патриотичными.

Погуляв по побережью и сделав снимки скал, на которые наползала очередная порция тумана, вернулись на судно, где нас ждал приятный бонус от капитана — фирменный жареный окунь с золотистой корочкой. По пути домой туман преследовал до самого Магадана, однако, как только он расступился и выглянуло солнце, одна из задорных пассажирок переоделась в сарафан и устроила фотосессию на корме «Бансея».

Несмотря на отнюдь не теплую температуру, она смеялась и пританцовывала, чем вызвала у всех добрую улыбку. Поистине удивительные люди живут на Колыме, подумалось мне. А в голове уже кружились мысли о новых путешествиях по просторам холодного, но такого манящего Охотского моря.

Мыс Таран включен в состав Ольского участка заповедника «Магаданский». Здесь встречаются морские течения и воздушные потоки, из-за чего погодные условия могут быть крайне суровыми, зато сохранилась практически нетронутая экосистема: альпийские хребты, ледниковые формы рельефа, древние лавовые породы, прибрежные скалы.

Это место пересечения арктической и дальневосточной флоры. На скалах — десятки колоний морских птиц (ипатки, бакланы, тихоокеанские чайки). В прибрежных водах встречаются большие скопления тюленей, есть лежбище сивучей, а на побережье можно заметить следы бурых медведей.

Если говорить об историческом следе, то в середине XIX века у берегов Тарана охотились американские китобойные суда. А 12 июля 1851 года примерно в двух милях к востоку от мыса во время тумана потерпел крушение американский корабль «Хокуа» (339 т). Экипаж был найден на берегу позже, а корабль «Кантон» спас часть китового жира с затонувшего судна.

Фото предоставила Елена Сидорова

источник