В Китае распространение и хранение книг Солженицына стало уголовным преступлением (ИА "Панорама").

В Китае с 5 января вступил в силу закон, согласно которому хранение, чтение и распространение книг Александра Солженицына считается уголовным преступлением.


Читать дальше  » 

Солженицын АЕ

Высказывания великих о предателе Солженицыне.

Столько уважаемых личностей не могли ошибаться в отношении его.

Александр Исаевич Солженицын (11.12.1918 — 3.08.2008) — русский писатель, драматург, публицист, поэт, общественный и политический деятель, живший и работавший в СССР, Швейцарии, США и России. Лауреат Нобелевской премии по литературе (1970). Диссидент, в течение нескольких десятилетий (1960-1980-е годы) активно выступавший против коммунистических идей, политического строя СССР и политики его властей.




Читать дальше  » 

В Севастополе потребовали исключить Солженицына из школьной программы

Одиночный пикет с требованием исключить Солженицына из школьной программы в СевастополеОдиночный пикет с требованием исключить Солженицына из школьной программы в Севастополе
© ИА Красная Весна

С требованием исключить произведения Солженицына из школьной программы и прекратить транслировать его лживые мифы выступила общественность Севастополя 18 мая.


Читать дальше  » 

Начало конструирования мира фэнтези "Солженицыя"

Цикл «Мир фэнтези „Солженицыя“»

Опыт художественного расследования

Сегодня расскажу о казалось бы частном случае: фотографиях, на которых очень грустный Солженицын изображен в робе с номерами на шапке, телогрейке и штанах. На одном фото он просто сидит, на второй — кто-то, одетый в предметы, похожие на армейскую форму того времени, вроде как бы обыскивает Солженицына.


Ручки в рукавчики засунул. Замерз, наверное, при дублях. Устал и от этого опечалился.


Читать дальше  » 

ГУЛАГ вылечил Солженицына от рака. Как-то не по-солженицынски.

Врачи архипелага ГУЛАГ вылечили Солженицыну рак яичек. Даже сохранив ему детородную функцию (которой он таки воспользовался). Спрашивается: зачем, почему?! – в описанном нобелиатом мире советских исправительных лагерей такое просто исключено по определению! Опять Солженицын где-то наврал.


Читать дальше  » 

В Москве начали монтировать "стену скорби"



"Стена скорби" — первый проект фонда Памяти, реализуемый в соответствии суказом президента РФ от 30.09.2015 г. №487 "О возведении мемориала жертвам политических репрессий". В Совет фонда входят сенатор Владимир Лукин, президент фонда Александра Солженицына Наталия Солженицына, политолог Сергей Караганов, режиссер Павел Лунгин, глава общества "Мемориал" Арсений Рогинский, советник президента РФ Михаил Федотов. Автор - скульптор Франгулян. Тот же самый Франгулян, который ваял памятники Ельцину и Егору Гайдару, проводившим в 90-е геноцид россиян. Устанавливается в рамках программы «Об увековечении памяти жертв тоталитарного режима и о национальном примирении».


Читать дальше  » 

Разговор сталиниста с солженистом

Про «ни за что посадили»…

Номер 1

Мой отец-фронтовик был убежденный сталинист. А я до 30 лет был с этой точки зрения — никто.

Политика и история меня совершенно не интересовали. Историю КПСС я сдал в вузе на четверку, занудно перечислив экзаменатору с десяток цифр из достижений какой-то пятилетки (с цифрами у меня в голове всегда порядок). И поскорее забыл. Я был — радиоинженер, и первую половину жизни провел за чтением «стрелки осциллографа».


Читать дальше  » 

Guardian: Россияне читают классику из страха перед Путиным

В России почти не читают современных авторов, всецело отдавая предпочтение классической литературе, говорят результаты опроса «Левада-Центра». По мнению британской Guardian, единодушная любовь к классике объясняется влиянием образования, которое заставило россиян в выборе книг полагаться на «одобренное властями» мнение. Именно поэтому современные российские авторы, чья точка зрения расходится с официальной, в список не попали.



Результаты недавнего опроса, проведенного «Левада-Центром» среди 1 600 россиян, показали, что в путинской России не слишком жалуют современных писателей, и на то есть свои причины, отмечает Guardian.
Когда россиян попросили назвать великих российских писателей, все единодушно – и «вполне предсказуемо» – обратились к классике, обеспечив первенство в литературном списке лучших Толстому, Достоевскому и Пушкину. Неудивительно и то, что список получился «почти исключительно мужским»: в нем едва ли найдется несколько женских имен.

Читать дальше  » 

О Солженицыне: поэтом можешь ты не быть, но антисоветчиком быть обязан!

О Солженицыне: поэтом можешь ты не быть, но антисоветчиком быть обязан!

Восемь лет назад умер самый известный в СССР диссидент и антисоветчик Александр Солженицын. А книги его умерли еще раньше: после того, как их лишили манящего грифа запретности и даже внесли в школьную программу, народ утерял к ним всякий интерес. Осталось только в обшей памяти, что «Архипелаг ГУЛАГ» Солженицына – это самое громкое проклятие в адрес советской власти, встреченное в свое время Западом с бешеным восторгом. Что и понятно: после морального поражения, нанесенного ему нашей Победой, он остро нуждался в каком-то ответном ударе. И Солженицына ему, как говорится, Бог послал.


Читать дальше  » 

Ложь А.И. Солженицына. Для чего писался "Архипелаг ГУЛАГ"?

Думаю многие читали произведения А. Солженицына, даже зачитывались, особенно в конце 80-х и в 90-е, когда писатель вернулся из изгнания и был очень популярен. Тогда мы в его рассказах пытались увидеть всю правду о жизни "неугодных" в советский период.

Однако с течением времени произведения А. Солженицына стали рассматриваться под другим углом. Появились версии о том, что автор все придумал, хоть и сам стал жертвой репрессии и отбывал наказание в ГУЛАГе, либо все это написано им по заказу, для внушения читателю отвращения и ненависти к советской власти и всему, что с ней связано. Да, я согласен, что не все так было гладко, но когда в стране была разруха и она стояла на краю пропасти, чем вам не способ воздействия на массы умов, через произведения тогда популярного автора-диссидента. 


Читать дальше  » 

Мечи скуем мы из цепей и пламя вновь зажжем Свободы!

Солженицынские чтения - выпуск первый, дополненный

Солженицынские чтения — выпуск 1

Источник: oper.ru

Новая форма сшита, добыта портупея, наган в кобуре.
Свет поставлен правильно, ролик был переснят и дополнен.

Вторая часть — во второй половине февраля, как только вернусь.

Про количество репрессированных

Цитата:

В начале 90-х я довольно много занимался статистикой советского террора. Изучил огромное количество отчетных «простыней» о терроре за все годы, из разных регионов Советского Союза. Статистика у нас всерьез начинается с 1921 г., до 1921 г. сохранились только разрозненные обрывки. А, начиная с 1921 года – огромные папки. Году в 1994-м я все изучил, все расписал и сложил. Дальше – нужно было публиковать. Я посмотрел на свои цифры…

Вокруг меня во внешнем мире существуют люди, мнение которых важно для меня: существует традиционное интеллигентское общественное мнение, и, что самое главное, мнение бывших заключенных, которых в 1994 г. в живых еще оставалось очень много. И они мерили наши жертвы за всю историю террора какими-то совершенно немыслимыми цифрами, десятками миллионов.

А по моим подсчетам за всю историю советской власти, от 1918 до 1987 года (последние аресты были в начале 1987-го), по сохранившимся документам получилось, что арестованных органами безопасности по всей стране было 7 миллионов 100 тысяч человек. При этом, среди них были арестованные не только по политическим статьям. И довольно много. Да, их арестовали органы безопасности, но органы безопасности арестовывали в разные годы и за бандитизм, контрабанду, фальшивомонетничество. И по многим другим «общеуголовным» статьям.

Под все эти цифры есть папки с документами. В ежегодных отчетах органов безопасности значится: привлеченных – столько-то, в том числе с арестом, в том числе без ареста. Дальше начинается таблица движения арестованных. Прошло по законченным следственным делам – столько-то, в том числе, передано на особое совещание – столько-то, передано в суды и трибуналы – столько-то. В несудебные органы – столько-то. Бежало, умерло – вся статистика. Побегов, кстати, было очень мало.

И вот цифра итоговая – 7 миллионов. Это за всю историю советской власти. Что с этим делать? А общественное мнение говорит, что у нас чуть ли не 12 миллионов арестованных только за 1937-1939-й. И я принадлежу этому обществу, живу среди этих людей, я их часть. Не советской власти часть, не российской демократии, а этих людей. Просто точно знал, что, во-первых, не поверят. А, во-вторых, для круга, к которому я считаю себя принадлежащим, это значило бы, что все, что нам говорили о цифрах до этих пор вполне уважаемые нами люди, неправда.

И отложил я все свои вычисления в сторону. Надолго. А потом уж (через годы) вроде уже можно было публиковать, а времени не нашлось. Пока.

Арсений Рогинский о молчании историка

Арсений Рогинский о молчании историка


Выступление председателя Правления Международного общества «Мемориал» Арсения Рогинского на круглом столе «Историк – между реальностью и памятью», который состоялся 25 мая 2012 г. в Днепропетровске в рамках «Литературной экспедиции».


***


Вопрос ведь не в том, как историк исследует свой предмет – надеюсь, честно и независимо. Подразумевается, что никто на его работу не должен влиять. Но вот он завершил исследование, и уже есть результаты. Трудности возникают при представлении этих результатов обществу. Именно в этот момент, если уж говорить о моей практике, мне не раз приходилось затыкаться, умалчивать, практически готовые работы класть куда-то в далекий ящик, где некоторые из них до сих пор так и ждут своего часа.
 
Приведу два разных примера – из старых и из новых лет.
 
Из старых лет.
 
В начале 90-х я довольно много занимался статистикой советского террора. Изучил огромное количество отчетных «простыней» о терроре за все годы, из разных регионов Советского Союза. Статистика у нас всерьез начинается с 1921 г., до 1921 г. сохранились только разрозненные обрывки. А, начиная с 1921 года – огромные папки. Году в 1994-м я все изучил, все расписал и сложил. Дальше – нужно было публиковать. Я посмотрел на свои цифры...
 
Вокруг меня во внешнем мире существуют люди, мнение которых важно для меня: существует традиционное интеллигентское общественное мнение, и, что самое главное, мнение бывших заключенных, которых в 1994 г. в живых еще оставалось очень много. И они мерили наши жертвы за всю историю террора какими-то совершенно немыслимыми цифрами, десятками миллионов.
 
А по моим подсчетам за всю историю советской власти, от 1918 до 1987 года (последние аресты были в начале 1987-го), по сохранившимся документам получилось, что арестованных органами безопасности по всей стране было 7 миллионов 100 тысяч человек. При этом, среди них были арестованные не только по политическим статьям. И довольно много. Да, их арестовали органы безопасности, но органы безопасности арестовывали в разные годы и за бандитизм, контрабанду, фальшивомонетничество. И по многим другим «общеуголовным» статьям.
 
Под все эти цифры есть папки с документами. В ежегодных отчетах органов безопасности значится: привлеченных – столько-то, в том числе с арестом, в том числе без ареста. Дальше начинается таблица движения арестованных. Прошло по законченным следственным делам – столько-то, в том числе, передано на особое совещание – столько-то, передано в суды и трибуналы – столько-то. В несудебные органы – столько-то. Бежало, умерло – вся статистика. Побегов, кстати,  было очень мало.
 
И вот  цифра итоговая – 7 миллионов. Это за всю историю советской власти. Что с этим делать? А общественное мнение говорит, что у нас чуть ли не 12 миллионов арестованных только за 1937-1939-й. И я принадлежу этому обществу, живу среди этих людей, я их часть. Не советской власти часть, не российской демократии, а этих людей. Просто точно знал, что, во-первых, не поверят. А, во-вторых, для круга, к которому я считаю себя принадлежащим, это значило бы, что все, что нам говорили о цифрах до этих пор вполне уважаемые нами люди, неправда. 
 
И отложил я все свои вычисления в сторону. Надолго. А потом уж (через годы) вроде уже можно было публиковать, а времени не нашлось. Пока.
 
Второй пример – из вчерашнего дня.
 
В  1992 году, с мая по октябрь, я и мои коллеги были экспертами по делу КПСС в Конституционном суде. По этому поводу в архивах нам открыли множество фондов, много разных комплексов документов. Естественно, мы сделали довольно много выписок, что-то скопировали. 
 
Среди прочего попалась переписка о следующей истории: июль 1945-го, Восточная Польша, войска проводят так называемую войсковую операцию, прочесывают огромный лес, задерживают семь тысяч человек. Эти семь тысяч человек фильтруют в течение 2-3 недель, основную массу отпускают, около 600 человек оставляют. Оставляют их, потому что они, с точки зрения СМЕРШа, очевидные «аковцы», солдаты  Армии Крайовой. Дальше, собственно, документы, о которых идет речь – это переписка, в которой участвуют Берия и  Абакумов, фигурирует генерал Горгонов, посланный специально из Москвы (который в последующем станет начальником московского МГБ) для ликвидации. В переписке прямо говорится: для ликвидации использовать такой-то батальон, предотвратить побеги так-то. Там нет прямого приказания расстрелять, но очевидно, что эти люди были убиты.
 
И вот, в 1992-м, осенью, мы с коллегами задумались, что нам делать с этим нашим знанием? И волновала нас не точка зрения бывших заключенных (как меня в случае со статистикой) – это совершенно другой случай. Волновали нас немыслимо нервные русско-польские отношения. Потому что мы никак не могли начать разбираться с Катынью – тогда Главная военная прокуратура начала следствие по катынскому делу, оно еще ни до чего не дошло – и тут мы вбрасываем в этот полукостер русско-польских отношений еще одно бессудное убийство 600 человек, то есть как бы вторую Катынь.
 
Прошло 18 лет. 18 лет эти выписки  пролежали. А в 2010 году мой приятель, с которым мы вместе работали в той экспертной группе, Никита Петров, который когда-то и обнаружил эти документы, решил, что  сейчас уже нормально об этом говорить. Мы еще раз посоветовались, и он опубликовал эту историю в своей книге и в «Новой газете».
 
В Польше – немыслимый резонанс, потому что там существует общество, которое искало этих людей в течение многих лет. Они понимали, что их убили. Они просто не были в этом абсолютно убеждены – а тут вроде как появилось доказательство. Но все-таки мы все время думали, как представить это так, чтобы  было максимально неболезненно для польского сознания. Польско-российские отношения – тонкая тема, не только в смысле отношений между государствами. Никита Петров сначала дал большое интервью «Газете Выборчей», потом документы получили широкое распространение… Сейчас развился некоторый скандал, какие-то наши сограждане уже целое исследование произвели, о том, что, мол, «Мемориал» врет, что нашли документы в 1992-м, на самом деле, им их дали  недавно. Мотивируют тем, что исследователи награждены польскими наградами, и уж, конечно, никак не смогли бы так долго держать находку в тайне. А они только сейчас публикуют, значит, они сейчас это и получили, значит, у «Мемориала» есть «крот» в ФСБ. Такой вот бред.
 
Я вам привел два примера, а могу их привести полтора десятка. Будучи абсолютно независимым в исследовании, в поисках, в подготовке, по целому ряду пунктов историк не может вот так не оглядываться перед тем, как что-то болезненное предать гласности. И историку приходится думать не только о том, что сказать, но и когда сказать, и когда помолчать. Возможно, это и неправильно.


Источник:


Polit.UA – 03.08.2012


http://www.polit.ua/articles/2012/08/03/roginskiy.html



Но мы-то знаем, что на самом деле сидело 100 миллионов.
А ещё 100 миллионов их охраняло — Солженицын не даст соврать.

Вот что значит жить не по лжи.
Так победим.

Пишем статью про Сталина

 

Здравствуй, дорогой товарищ! Твои стены вместо обоев оклеены портретами Сталина, в комнате есть копия атомной бомбы в натуральную величину, ты заказал фигурку Иосифа Виссарионовича на Амазоне? Дело осталось за малым – написать восторженный панегирик Вождю, разящий праведным гневом врагов народа. Не бойся, для этого нет необходимости ни в таланте, ни в старательности, ни в знании истории. Главное – следовать моим советам.


Читать дальше  » 

Заключённые тюрьмы Алькатрас

Источник: oper.ru

Читаю мемуары заключённых известной американской тюрьмы Алькатрас. Свобода слова - великая вещь, каждый может раскрыться полностью. Например, сообщить вот такое.

Получив известия о том, что японцы бомбили Пёрл-Харбор, спецконтингент тюрьмы Алькатрас единодушно возликовал: скоро, скоро придут японцы и немцы! Падут оковы, и всех, всех нас, невинно осужденных, освободят!

Сидели там в основном убийцы, грабители, похитители людей, склонные к побегам да содомиты (тогда в благословенных США за баловство в попу без затей давали 25 лет тюрьмы). Все как один ненавидели своё правительство, ведь именно оно посадило их в тюрьму. Именно их должны были освобождать добрые японцы и хорошие немцы, их прихода они ждали, за них переживали.

Немедленно вспомнился светоч нашей нынешней литературы Солженицын. Светоч радовался точно так же и точно тому же, просил скинуть на нас атомную бомбу.

Сходство между уголовниками и нашей передовой интеллигенцией - поразительное. Такое надо обязательно изучать в школе.

Владимир Бушин. "Александр Солженицын. Гений первого плевка"



Аннотация

«Отмываться всегда трудней, чем плюнуть.
Надо уметь быстро и в нужный момент плюнуть первым».


АЛЕКСАНДР СОЛЖЕНИЦЫН, академик, нобелевский лауреат

*******************************************************

Крупнейшие русские писатели, современники Александра Солженицына, встретили его приход в литературу очень тепло, кое кто даже восторженно. Но со временем отношение к нему резко изменилось.

А. Твардовский, не жалевший сил и стараний, чтобы напечатать в «Новом мире» новую вещь никому не ведомого автора, потом в глаза говорил ему: «У вас нет ничего святого. Если бы зависело только от меня, я запретил бы ваш роман».

М. Шолохов, прочитав первую повесть литературного новичка, попросил Твардовского от его имени при случае расцеловать автора, а позднее писал о нем: «Какое это болезненное бесстыдство…»

То же самое можно сказать и об отношении к нему Л. Леонова, К. Симонова…

Прочитав эту книгу, вы поймете, чем объяснить такую дружную и резкую перемену отношения к Солженицыну столь авторитетных писателей, да и многих читателей, конечно.


magspace.ru_bushin_vladimir_aleksandr_solzhenicyn_genii_pervogo_plevka.rtf.zip (441 Kb)

По мотивам статьи Дмитрия Медведева о репрессиях, Сталине и Солженицыне, цитаты из книги "Архипелаг ГУЛАГ"

30/10/2009 05:40:57

Сегодня наш президент обратился к нам с указанием необходимости помнить национальные трагедии. Национальная трагедия у нас, как известно, только одна - сталинские репрессии.

«Два года назад социологи провели опрос - почти 90 процентов наших граждан, молодых граждан в возрасте от 18 до 24 лет, не смогли даже назвать фамилии известных людей, которые пострадали или погибли в те годы от репрессий. И это, конечно, не может не тревожить».

Т.е. СССР уже давным-давно нет, по телевизору и интернету с утра до вечера воют о кровавых преступлениях тоталитаризма, а граждане - ни в зуб ногой. Караул. Это страшно. Молодёжь не знает своих героев. Считаю, необходимо срочно выдать денег матёрым борцам с тоталитаризмом, таким как Сванидзе, Познер и Подрабинек, с целью усиления накала разоблачений - это единственный путь спасения страны, оказавшейся после развала СССР в глубокой сырьевой экорномике. Ну и неплохо бы ещё окончательно дореформировать армию. По другому - никак.

«Невозможно представить себе размах террора, от которого пострадали все народы страны. Его пик пришёлся на 1937-1938 годы. «Волгой народного горя» называл Александр Солженицын бесконечный «поток» репрессированных в то время».

Вона оно оказывается как. Разьве ж такому человеку нельзя не доверять. Ведь Александр Солженицын - известный борец с тоталитаризмом. Он даже написал об этом книгу. И я её даже читал. Архипелаг ГУЛАГ называется. И так мне понравилась эта книжка, что я записал себе несколько цитат из неё. Не читавшим, но мнение имеющим будет особенно интересно. Тем более, что это предлагают изучать в школе нашим детям.
Читать дальше  »