Одни в тишине города: Кадыкчан off

Фотограф и блогер Александр Сухарев – о тишине, пустоте и городе на MagadanMedia



Заброшенный Кадыкчан. 700 километров от Магадана. Основное градообразующее предприятие — Шахта по добыче угля. В 1996 году на шахте произошёл взрыв, и она была закрыта. Народ начал уезжать. Последние жители уехали в 2002 году (хотя есть свидетельства за 2010 год). Сюда я ехал больше 4 лет. И вот я приехал. Во мне живут двоякие ощущения. Ощущение удовлетворённости и ощущение грусти.

Я вроде бы доехал туда, куда собирался достаточно давно, но я ловлю себя на мысли, что очень многие хорошие люди покинули свой дом навсегда, и теперь где-то вдалеке от Колымы они сидят иногда тёплыми вечерами и вспоминают свои прекрасные тёплые вечера в родном городе, в котором теперь гуляет ветер.



Пишу эти строки с каким-то особым трепетом. Кажется, что все самое сложное уже позади: добраться туда — уже подвиг, поймать подходящую погоду — уже везение, вернуться обратно домой — полная победа. Сядь и напиши теперь как оно было.

Когда в 2012 году я ездил в Припять, то не ощутил того, что ощутил здесь.

Во всем было виновато большое количество людей, которое бегало, галдело и которых надо было ждать. А здесь мы оказались одни. Одни в тишине города. Города, в котором жило около 10 тысяч человек. Его просто как будто выключили. Кадыкчан off.

Мы приехали рано утром и заехали в город, усыпанный солнечным светом. Этого я и боялся больше всего.

Игра света и тени не шла этому городу.

Я просто вышел из машины и немного поник. Везение было не на нашей стороне. Мне не хотелось ничего снимать, мне хотелось просто сесть на обочине и ждать, когда облака наползут на город. Где-то здесь было место той самой точки отчаяния.

Полвечера при свете фонаря я потратил на изучение карты города и знал, где находятся какие объекты. В городе были свой спортзал, кинотеатр, несколько школ, больницы, поликлиники, большие универсамы.



Попадая в него, ты действительно как будто попадаешь в Советский Союз. Неспешно мы дошли до первой школы. Где-то в траве я обнаружил старые хоккейные ворота. Трава была уже выше верхней штанги. Когда я прорвался до них, земля погрузилась в тень. Небольшое облако скрыло утреннее солнце.

Надо было поторопиться. Неужели такими перебежками от тучи к туче мы и будем проводить этот день? Рядом со школой находился дом культуры, около которого находится тот самый разбитый бюст Ленина. Солнце начало нещадно палить.

Я ходил и внутри меня просыпался демон безумия.

Солнце портило все ощущение. Не хотелось вообще ничего. Мы должны были приехать сюда и сделать много фотографий. Фотографий за которые не будет стыдно. Когда ты смотришь в интернете фото Кадыкчана, то по большей части они все одни и те же. Я уже даже разглядывал пиксели, которые затерлись от многоразового копирования. Все-таки сюда не так часто ездят люди.



Через вынесенное окно дома культуры был виден дальний район города. Такая картина грусти получалась. Мы вышли из ДК и пошли в сторону спортзала, на крыше которого красовались олимпийские кольца. По углу здания шли две большие трещины. По ощущениям эта стена простоит ещё недолго. На входе валялись рога оленя, которые раньше украшали чей-то кабинет. Я вошёл в спортивный зал. На дальней стене висел баскетбольный щит, перед ним преклонялся спортивный козёл, полы были разобраны на мелкие щепки.



Безумство солнечных теней наполняло это пространство. Этот утренний свет не казался мне таким тёплым, он был каким-то угнетающим. В голове где-то далеко у меня было подозрение, что нам придётся обойти город ещё раз, если вдруг придут тучи. Но обходить пришлось немного. Через пару минут солнечный свет ушёл. Я побежал к окну. Большая туча «съела» солнце.

Туча заканчивалась где-то за сопками, и это внушало спокойствие. Теперь все складывалось. Настройки стали правильные. Мы должны сделать то, зачем сюда приехали. Мы вывалились из спортзала, в очередной раз оценив большую трещину в стене. Глаза разбегались. Вернуться в дом культуры и Ленину? Или идти в школу для старших классов? Или начать с дальнего жилого квартала? Приятное чувство выбора пьянило голову. На какой-то момент я даже не поверил в происходящее, и ноги повели меня на какую-то окружную дорогу, увлекая моих компаньонов. Мы решили начать с одного из самых известных мест — квартала в районе улицы строителей с большой картинкой оленя на всю стену. На старых фотографиях здесь ещё не все такое заросшее. Теперь же здесь появляется маленький лес.

Кажется, в этом городе нету даже птиц.

Мы ходим по двору, выбирая подъезд в который зайти. Мне кажется, что если залезть на крышу дома, то будет виден весь город. Но лестницы на крышу спилены и валяются около подъезда. Вот и сюда добрались любители чёрного металла. Смотрим на город из окон верхней квартиры. Здесь хаотичны разбросаны книги, перевёрнут диван, расклеены постеры звёзд прошлого.



В каких-то квартирах люди как будто убегали, а в каких-то — пустота.

Во дворе валяется огромное количество различной бытовой утвари. Мы проходим в магазин «На семи ветрах» мимо лавочки для посиделок, около которых валяются старые санки. Посещение этого квартала не было таким простым. Один из нас наступил в какой-то угольный шлак, а я отличился тем, что схватил в одной из квартир небольшой гвоздь себе в ногу.



Перед возвращением к дому культуры и другим социальным объектам мы заглянули в машину переобуться и залечить боевые раны. Облако заполонило все небо. Только на горизонте вдали была светлая полоска — там солнце ещё пыталось отвоевать небо. Первым делом идём к Ленину и от него продолжаем свой путь в сторону улиц Школьная и 50 лет октября.



По дороге заходим в сгоревший кинотеатр. Больше 10 лет «сегодня» только пустота. Мы перемещаемся от точки к точке, и каждый раз я издаю радостное «Ого», когда вижу что-то крутое, и сразу зову ребят. Мне хочется делиться всем тем, что я вижу и замечаю. Глаза сами выхватывают кадры, пальцы сами нажимают кнопки. Мое тело является просто переносчиком взгляда в картинки. Это самое прекрасное состояние. Мимо разрушенных двухэтажных домиков, мы дошли до большого универсама, в котором были написаны всевозможные продукты, от чтения которых захотелось немедленно есть. Мои друзья пошли готовить еду, пока я пошёл исследовать заброшенную школу.



Надежд найти в ней много интересного особо не было, но уже в первом кабинета я нашёл большую вывеску с высказыванием Ленина, потом — большую библиотеку, ещё дальше — барельеф Великой Отечественной войны. Пробежал хаотично первый этаж и поднялся на второй.

Ещё из городского спортзала меня заинтересовали необычные большие окна этой школы. Это оказался ещё один спортзал. Сгоревший почти полностью. На стенах болтались остатки спортивных лесенок. На стенах остались тени сгоревших перекладин. «Нельзя скрыть это от моих друзей» — подумал я, и пошёл в сторону машины. Время было уже за полдень. Шёл 3 час нашего пребывания в Кадыкчане.



Надо было собираться и ехать дальше (предварительно посмотрев школу). Я выезжал из города и немного грустил. Я не уверен, что окажусь здесь снова. А если и окажусь не уверен, что он будет таким же как во время нашей первой встречи. Кадыкчан, ты прекрасен! Несомненно где-то там, среди твоих улиц с разбитыми окнами и перевёрнутыми машинами я оставил небольшую часть себя.
  • avatar
  • 1
  • .
  • +18

3 комментария

avatar
да как разруха может быть прекрасной??? Это же печаль, боль, тоска… кладбище жизни…
  • Zmey
  • +2
avatar
Как и вся трасса в процессе…
avatar
И в очередной раз посёлок назвали ГОРОДОМ…
Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.