"Закройте охоту!" В России исчезают популяции диких северных оленей



Популяция дикого северного оленя на Таймыре сократилась в два раза. В Якутии осталось в живых менее двух тысяч особей. СМИ периодически публикуют подробности истребления животных браконьерами. Сборщики пантов массово срезают оленям рога, и животные гибнут от болевого шока. Минприроды России потребовало, чтобы местные власти взяли ситуацию под контроль. Те в ответ разводят руками: проблема не только в браконьерах.

Вдвое меньше

На сообщения о том, что некоторые виды северных оленей в скором времени могут исчезнуть, если не предпринять срочных мер, федеральные чиновники отреагировали оперативно. В Минприроды озвучили пугающие цифры: если в начале нулевых таймырская популяция приближалась к миллиону особей, то сейчас сократилась почти вдвое: по разным данным, оленей насчитывается 400-450 тысяч.

«Подобная ситуация в 1980-е наблюдалась в Якутии со 140-тысячным поголовьем Яно-Индигирской популяции и последующим практически полным ее уничтожением. В итоге сегодня там менее двух тысяч оленей», — привели пример в ведомстве. Глава Минприроды Дмитрий Кобылкин призвал власти Республики Саха (Якутия) и Красноярского края срочно заняться этой проблемой и в ближайшее время проинформировать министерство «о принятых мерах по рациональному использованию ресурсов животного мира».

Ситуация в Якутии

В беседе с РИА Новости заместитель главы Минприроды Республики Саха (Якутия) Николай Додохов подтвердил, что с Яно-Индигирской популяцией дела обстоят плачевно.

«В переходный период девяностых, когда был правовой коллапс в регулировании вопросов в области охоты, авиаучетные работы не велись. Из-за неконтролируемой охоты Яно-Индигирская популяция дикого северного оленя почти исчезла. С начала нулевых квоты на их добычу не выделялись», — отмечает замминистра.

Вообще, по словам Додохова, годовой лимит на добычу в среднем по республике составляет около 20 тысяч особей. Помимо Яно-Индигирской, в Якутии есть еще Лено-Оленекская, Сундрунская и Лесная популяции. Самая большая квота — около 15 тысяч — выделяется на Лено-Оленекскую, потому что эти животные — «практически основной источник дохода кочевых родовых общин Оленекского, Анабарского, Булунского и Жиганского улусов».
«Для сохранения численности и миграционных путей Лено-Оленекской и Таймырской популяций в республике создан отряд специального назначения „Запад“. Всемирный фонд дикой природы (WWF России) выделил грант на приобретение GSM (мобильной связи) и на рейдовые мероприятия по охране и мониторингу диких северных оленей», — поясняет Додохов.

По словам чиновника, недавно в министерстве состоялось несколько совещаний. «Наше Минприроды выступило с предложением разработать федеральную программу по восстановлению численности Яно-Индигирской популяции с участием международных и научных организаций, федерального центра, республиканских организаций и местного населения из тех районов, где ранее обитал и мигрировал этот вид. Вопрос сохранения дикого северного оленя находится на контроле главы Якутии», — заключил замминистра.

Рабочая группа

В Красноярском крае обитают Таймырская, Тундровая и Лесная популяции северных оленей. «Самая драматичная ситуация сложилась на Таймыре. Раньше здесь было около двух миллионов особей. Их численность сократилась в несколько раз из-за браконьерства. Кроме того, животные гибнут из-за добычи пантов: оленей караулят на переправах и с лодок срезают рога, пока те плывут на другой берег, — рассказывает РИА Новости главный координатор проектов WWF России по сохранению биоразнообразия Арктики Михаил Стишов. — Раньше за это нельзя было привлечь к ответственности, так как формально это не считалось браконьерством, хотя пострадавшие особи нередко погибали от инфекции. Однако нам удалось добиться запрета этого вида деятельности в регионах, где олени переходят через реки. На федеральном уровне такая работа тоже ведется».



В середине октября в крае провели выездное совещание. «Ставили вопрос о необходимости дальнейших исследований и масштабного учета дикого северного оленя на Таймыре, в Эвенкии и Якутии. Но затраты настолько большие, что простого решения этой задачи пока нет», — прокомментировали агентству в пресс-службе WWF России. Главный результат встречи — рабочая группа, куда вошли руководители профильных министерств и ведомств Красноярского края и Якутии, представители особо охраняемых природных территорий, коренные малочисленные народы, научные сотрудники, депутаты из Эвенкии и Таймыра, а также специалисты из НКО.

«Мы пока не говорим о том, что у нас „полный крах“ и „все погибли“, — отметил в беседе с РИА Новости начальник отраслевого отдела Минприроды Красноярского края Александр Коробкин. Он подчеркнул, что авиаучет численности особей был проведен в 2009 и 2014 годах, следующий планируется в 2020-2021 годы. Но сначала нужно закрепить на оленях специальные ошейники — так можно отследить пути их миграции, а затем перейти к учету.

»Хотим попробовать сделать снимки мест обитания животных и проверить «оленеемкость» пастбищ. Если, к примеру, из-за климатических условий засохнет лишайник, которым они питаются, стадо станет уменьшаться из-за нехватки пищи. Можно бороться за жизнь оленя вплоть до полного запрета охоты на него, а он все равно будет исчезать", — разъясняет Коробков. Еще один негативный фактор — изменение миграционных путей и смещение сроков перехода через реки: «Из-за этого возросла смертность среди новорожденных телят-сеголеток. Если раньше они успевали подрасти и свободно переплывали реку, то теперь важенки (самки северного оленя) рожают и уже через несколько часов идут на переход. Конечно, телята не выживают».

В краевом Минприроды не исключают, что придется сократить сезон охоты. «Пока сезон с 1 августа по 15 марта. В начале олени переходят речные переправы, в конце — готовятся к отелу. Чтобы сберечь животных, есть предложения ограничить срок: с сентября по конец января», — говорит специалист.

«Все тщетно»

Помимо неконтролируемого браконьерского промысла и нерациональной легальной добычи, начальник научного отдела «Объединенной дирекции заповедников Таймыра» Михаил Бондарь указывает также на снижение репродуктивных способностей самцов из-за срезки пантов и охоты преимущественно на крупных особей, что «попросту можно назвать геноцидом популяции». «Кроме того, деградация пастбищ в результате пожаров и антропогенных нарушений, хищничество волка», — перечисляет собеседник.

Еще один немаловажный аспект — процессы, происходящие на поверхности Земли. «Олени консервативны в выборе миграционных коридоров. Как правило, они пользуются одними и теми же переправами на протяжении многих лет. Разрушение берегов в результате оттаивания вечной мерзлоты, размыва и ледовой абразии создает обрывы там, где еще в прошлом году берега были пологими. Животные пытаются взобраться на берег, топчут и губят новорожденных телят», — объясняет Бондарь.

По его словам, лимит добычи в нынешний сезон охоты надо было ограничить 20 тысячами, однако квот выделили в два раза больше. «Помимо этого, квоты перераспределены с Таймыра в Эвенкию, где в местах зимовок олени осваиваются почти на сто процентов», — добавляет эксперт. При таком управлении ресурсами через пять-семь лет от популяции останутся лишь мелкие разрозненные группы, охота на которые экономически невыгодна.
«На каких только совещаниях мы не обсуждали проблему таймырского „дикаря“, однако все тщетно. Несмотря на явное падение численности, состоянию популяций, рационализации использования ресурсов не уделяется должного внимания», — сетует специалист.

Бондарь отметил, что сократились объемы работ по учету численности, наблюдения за миграциями недостаточные и бессистемные. А материалы о смертности в популяциях, как правило, собирают только по официальным данным добычи. «Как можно проводить полноценный мониторинг охотничьих ресурсов на громадных по площади угодьях страны, если в настоящее время обычный авиаучет диких северных оленей Таймырской популяции для природоохранных учреждений — это какое-то недостижимое действо?» — задается вопросом собеседник.

«Все это не позволяет объективно оценивать ситуацию. В стране должны быть приняты радикальные меры по реформированию, а вернее, возрождению системы государственного менеджмента в сфере охотничьего хозяйства, которые включат в себя проработку законодательных основ, механизмов административно-правового регулирования, хозяйственных и научных аспектов. Кардинальный способ решения проблемы — закрытие любительской и промысловой охоты до определения научно-обоснованного лимита добычи на основе полномасштабного учета численности диких северных оленей», — заключил эксперт.
  • avatar
  • .

2 комментария

avatar
Можете смеяться, как хотите, я ВВП написал об этом…
avatar
Правильно
Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.