Загадка подводной лодки «К-21»

Это был первый раз, когда я оказался внутри настоящей боевой подводной лодки.  Пусть это лодка — музей. Пусть эта лодка — участник боевых действий времен Великой Отечественной войны. Но факт есть факт.

Если вы погуглите название этой подводной лодки «К-21», то сразу наткнетесь на спор историков и на загадку, которую не могут решить и определиться с ответом до сих пор.

Но давайте сначала про подводный крейсер …

По традиции вначале предлагаю видеоматериал. Он не такой информативный, больше для атмосферы происходящего:

 

 

А теперь фоторепортаж и немного истории.

К-21 — советская крейсерская дизель-электрическая подводная лодка времён Великой Отечественной войны, четвёртый корабль серии XIV типа «Крейсерская». Сейчас она находится на вечной стоянке в закрытом городе Североморск и работает как музей. Отдельно хочу высказать такое мнение как не специалиста, а как туриста и посетителя музея — все же мало оставляют реального объекта зачастую.

Все же очень много переоборудуют в стенды, стенды, стенды. Это уже несколько устаревший подход. Сейчас музей может заинтересовать либо полной НАТУРОЙ и идентичностью, чтобы прямо потрогать историю руками. Либо сделать полный интерактив, чтобы посетители участвовали в экскурсии и получали информацию в привычном для себя виде.

Это был «лирическое отступление» и частное мнение, а теперь собственно про подводную лодку.

Фото 3.

Экскурсия началась с информации о зарождении вообще подводного флота в России и вот как иллюстрация этого — Император Николай II принимает доклад от командира первой военной подводной лодки в России — «Дельфин».

Фото 4.

Подводные лодки типа «К» — эти крупные подводные крейсеры, сопоставимые по тоннажу с большими подводными лодками Франции, Германии, Англии и США, получили у наших подводников ласковое название «катюши».

Утвержденный к постройке проект в апреле 1935 года изначально носил название КР-Крейсер Рудницкого. Подводные лодки типа «К» по ряду показателей, таких как вооружение и скорость, превосходили многие иностранные аналоги. Несмотря на солидные размеры, подводные крейсера этого типа отлично управлялись в положении под водой.

При проектировании подлодок типа «К» рассматривалось несколько довольно необычных для подводного судна решений. К примеру, одна из модификаций предполагала установку на палубе ангара для разведывательного самолета, но, к сожалению, этот проект так и остался на бумаге.

Фото 6.

При сборке наружного корпуса применялась электросварка, это являлось новым технологическим приемом для того времени, тем самым вес был существенно снижен и увеличена живучесть лодки.

На подводной лодке было установлено два перископа повышенной светосилы, которые были приспособлены для фотосъемки. Мошные коротковолновые радиостанции обеспечивали двустороннюю устойчивую радиосвязь на самых больших дистанциях.

Кроме главного оружия – десяти торпедных аппаратов (шести носовых и четырех кормовых) с общим боезапасом в 24 торпеды, подводная лодка несла 20 мин заграждения. Лодка обладала и весьма мощным артиллерийским вооружением — 2 орудия калибра 100 мм и 2 — 45 мм.

Максимальная автономность плавания достигала пятидесяти суток.

Фото 7.

На северный флот СССР К-21попала осенью 1941 года. В первом боевом походе, находясь в трудных для выполнения задания условиях, ночью, подводная лодка К-21 поставила минное заграждение в проливе Бестсунн. Подводники справились с заданием на отлично, утром на установленных минах подорвался и пошел ко дну транспорт противника.

Буквально через несколько дней К-21 отправляет на дно ещё два корабля неприятеля. В следующем походе в результате надводной торпедной атаки К-21 топит еще один транспорт и, мало того, отправляет на дно артиллерийским огнем противолодочный катер противника.

Фото 8.

Фото 9.

В 1943 году был случай доставки топлива с одной субмарины на другую. Подводная лодка типа Щ после успешного нападения на вражеский конвой находилась под пристальным вниманием вражеских кораблей. В результате разрыва глубинной бомбы через трещину, образовавшуюся в топливной цистерне, было потеряно всё топливо.

На помощь была направлена лодка К-21. Передача топлива с лодки на лодку в боевых условиях до этого не отрабатывалась, соответственно и не имелось для этого каких-либо специальных средств. Благодаря умелым действиям подводников, и, несмотря на сильную зыбь на поверхности, лодки пришвартовались друг к другу. Через люк рубки К-21 был выведен шланг и подключен к топливной системе подлодки Щ-402. К-21 передала 15 тонн топлива. Обе подлодки успешно прибыли в Полярное.

Фото 10.

За время войны «К-21» было засчитано 17 потопленных фашистских транспортов и боевых кораблей, из которых в послевоенное время было подтверждено потопление на минах одного транспорта, одного боевого корабля (большой охотник за ПЛ), а также потопление артиллерией двух норвежских невооруженных рыболовецких мотоботов и повреждение ещё трёх мотоботов[1].

9 мая 1945 года лодка находилась в ремонте.

Фото 11.

С 6 по 14 апреля 1949 года лодка принимала участие в океанографической работе в районе архипелага Новая Земля[4].

После вывода из состава, около 20 лет служила тренировочной базой для отработки борьбы за живучесть.

Фото 12.

Весной 1981 года была поставлена в плавдок «ТПД-12» на заводе города Полярный для преобразования в музей боевой славы. После переделки трёх кормовых отсеков под экспозицию (4 первых остались практически без изменений) поставлена на постамент (с погружением в воду при приливе) в качестве музея в Североморске.

Решение было принято в 1981 году. Музей открыт в 1983 году. В конце 1990-х годов был проведен ремонт лодки (подводная часть). В 2008—2009 годах проводится ремонт музея и обновление экспозиции

Фото 13.

Так, а что же за загадка?

Один эпизод боевого пути стал действительно легендарным и спорным до сих пор. Летом 1942 года немецкое командование отправило на уничтожение союзного конвоя PQ-17 эскадру, в которую входил новейший и мощнейший корабль немецкого флота – «Тирпиц». В результате ошибки, допущенной британским командованием, союзный конвой, состоящий из 34 транспортов, остался без охраны.

Транспортам пришлось прорываться самостоятельно. Беззащитные суда постоянно находились под атаками самолётов и подводных лодок противника, и, если бы немецкая эскадра достигла конвоя, это означало бы полный крах операции по его проводке.

Чтобы предотвратить атаку немецкой эскадры на союзный конвой, командованием Северного флота на перехват была выслана группа подводных лодок. В состав группы входила и К-21.

Немецкая эскадра была обнаружена. Несмотря на маневры кораблей противника, которые всё время шли противолодочным зигзагом, К-21 атаковала головной корабль немецкой эскадры кормовыми аппаратами четырехторпедным залпом. Две торпеды достигли цели и разорвались, К-21 погрузилась, предварительно передав по радиосвязи координаты немецкой эскадры, и стала ждать ответного удара, но его не последовало.

Линейный корабль «Тирпиц» из-за нанесенных повреждений был вынужден вернуться вместе со всей эскадрой во фьорды Норвегии и больше не принимал участия в военных действиях.

Фото 14.

Вот как рассказывает об этом бое Владимир Ужаровский. Фамилия контр-адмирала Владимира Леонардовича Ужаровского известна большинству советских подводников. В годы войны он служил старшим помощником командира подводной лодки К-21 Северного флота, уничтожившей 17 кораблей и судов противника

— 4 июля мы заняли назначенный район патрулирования. 5 июля в 16.00 я заступил вахтенным офицером и находился в боевой рубке. В 16.33 получил доклад акустика: «Левый борт… неясный шум». Подвсплыл, поднял перископ, но ничего не обнаружил. Через несколько минут новый доклад акустика: «Пеленг на шум…». Скомандовал: «Лево на борт», лег на курс сближения с источником шума.

Одновременно приказал вахтенному центрального поста передать командиру: «Просьба прибыть в боевую рубку». Командир Николай Лунин прибыл, поднял перископ, ничего не обнаружил, но приказал объявить боевую тревогу. Акустик, продолжая доклад, разобрал, что это шумы надводных кораблей, и уточнил пеленг.

Наконец командир, подняв в очередной раз перископ, вроде бы обнаружил рубку подводной лодки. «Ага, — сказал командир, — только тебя, голубушка, и не хватает в нашей коллекции — у нас только надводные корабли». Далее скомандовал: «Торпедная атака подводной лодки! Глубина хода торпед — 4 метра».

По этой команде торпедисты первого отсека должны как можно быстрее выполнить довольно трудоемкую операцию по установке заданной глубины хода на всех шести торпедах носовых аппаратов. На четырех кормовых аппаратах такую операцию можно выполнить только в надводном положении лодки.

На торпедах в этих аппаратах глубина хода была установлена на 1,5-2 м, потому что их основное предназначение — самооборона от противолодочных кораблей. Это обстоятельство снизило эффективность последующей атаки линкора.

Фото 15.

Командир начал выход в атаку. И вдруг, подняв перископ, обнаружил, что это не лодка, а командно-дальномерный пост (КДП) эсминца, за которым появился и второй (КДП, когда он показывается из-за горизонта, по силуэту схож с очертаниями рубки подводной лодки). «Отставить атаку подводной лодки! Торпедная атака эсминцев!» — скомандовал Лунин.

Когда лодка вышла на расчетный пеленг залпа по одному из эсминцев, командир снова поднял перископ и с удивлением обнаружил показавшиеся из-за горизонта мачты больших кораблей. Он понял, что видит мачты линкоров и крейсеров немецкого соединения, о возможном выходе которого его оповестил штаб флота.

Лунин, ругнувшись, скомандовал: «Отставить атаку эсминцев! Атака линкора! Приготовить шеститорпедный носовой залп! Глубина хода торпед 9 метров!»

Фото 16.

Маневрируя на сближение с главными кораблями соединения противника, командир удачно проскочил барьер эсминцев, прошел внутрь ордера и определил состав сил противника: линкор «Тирпиц», два крейсера в круговом охранении восьми эсминцев. Центральный пост определил элементы движения соединения: скорость — 22 узла, генеральный курс такой-то, маневрируют на противолодочном зигзаге.

Командир начал сближение с линкором, уточняя его положение периодическими подъемами перископа. Это было очень опасно: мы находились внутри ордера противника, поэтому, заметив перископ, эсминцы (аж восемь единиц) сразу же забросали бы лодку глубинными бомбами.

Выручили мастерство командира и выучка экипажа — все замерли, внимательно слушали распоряжения и четко отрабатывали их на обслуживаемых механизмах. Помогло и неспокойное Норвежское море. При волнении в 4-5 баллов в пенных гребнях волн перископ не так просто было заметить, тем более что Лунин поднимал его на 3-4 секунды. Надо сказать, что его мастерство как командира было позднее высоко оценено специалистами-подводниками.

Фото 17.

Выход в атаку завершался. Еще чуть-чуть, и линкор был бы на расчетном пеленге залпа. И вдруг случилось непредвиденное. Когда до залпа оставались буквально секунды, Лунин еще раз поднял перископ и с изумлением обнаружил, что немецкие корабли вдруг повернули влево, линкор и крейсера оказались в строю фронта и мчатся прямо на лодку. Мгновенно оценив обстановку, командир понял, что теперь атаковать линкор можно будет (если это получится) только из кормовых аппаратов.

Лунин скомандовал: «Лево на борт! Самый полный! Кормовые аппараты товсь!» Мы успели отскочить на 13-15 кабельтовых от линии курса линкора, и когда «Тирпиц» пришел на расчетный пеленг стрельбы, Лунин для надежности еще раз поднял перископ. То, что он увидел, привело командира в ярость. На том же пеленге, прикрывая собой линкор, находился эсминец. А ведь глубина хода торпед кормовых аппаратов, как уже говорилось, была установлена всего на 1,5-2 м. Лунин скомандовал: «Аппараты, пли!».

Залп был выполнен. Торпеды вышли, лодка нырнула на глубину. Все замерли и стали внимательно вслушиваться. Раздался первый взрыв, секунд через 20-30 после него — второй. Потом пауза и еще три раскатистых взрыва. Как было установлено впоследствии, первым взорвался эсминец, который сразу же и затонул. Второй взрыв — попадание торпеды в линкор, в результате чего была выведена из строя одна из его трех машин.

Этого, конечно, для такого мощного корабля было слишком мало. Чтобы утопить однотипный с «Тирпицем» линкор «Бисмарк», уже потерявший ход, разбитый бомбами палубной авиации и снарядами артиллерии линкоров, англичане были вынуждены выпустить по нему 12 торпед. Только после этого он затонул.

Ну, а три последних взрыва оказались разрывами снаряженных глубинных бомб тонущего эсминца — сначала рвались бомбы первого пояса глубины бомбометания, потом второго, затем третьего. Две торпеды залпа, как оказалось, прошли мимо линкора.

Фото 18.

Через 14 минут лодка подвсплыла. Лунин перешел в боевую рубку, поднял перископ, но ничего не обнаружил. Радисты сразу же «выстрелили» в эфир шифровку: «Внеочередная, по флоту. Широта… долгота…, линкор «Тирпиц», два крейсера, охранение 8 эсминцев, курс…, скорость…, атаковал, слышал два взрыва. Командир». Мы считали, что две торпеды попали в линкор, и не предполагали, что потоплен эсминец. О других взрывах командир не доносил: надо было самим разобраться.

Немецкие корабли при возвращении в базу прошли через район патрулирования английской подводной лодки (он находился рядом с нашим). Она противника не атаковала: или не получилось, или командир не рискнул, опасаясь такого сильного охранения. Но лодка донесла, что эсминцев не восемь, а только семь. То есть косвенно подтвердила, что один корабль мы потопили.

Фото 19.

9 июля мы возвратились в базу. После прибытия мне и старпому Федору Лукьянову как исполнителям отчетных документов по атаке (график стрельбы, схема маневрирования, пояснительная записка и пр.), но больше всего самому командиру пришлось выходить в другие «атаки» и «контратаки».

Нас усиленно «пытали» представители соответствующих органов: почему не потопили линкор, почему не атаковали повторно, не струсил ли командир и пр. И что можно было ответить на такие идиотские вопросы и придирки? Помню, как один такой «исследователь» пулей вылетел из каюты Лунина на плавбазе, вытирая разбитый нос. Напялив фуражку козырьком назад, он долго не мог найти выход на трап из коридора.

Командующий флотом адмирал Головко разобрался быстро. Тем более что разведка доложила: «Тирпиц» ремонтируется, под корму заведен кессон». Комфлот разогнал «следователей». Экипаж наградили орденами и медалями, а командир в конце года был удостоен звания Героя Советского Союза за боевые действия в 1941-1942 гг.

Фото 20.

Справедливости ради конечно нужно сказать, что есть другая точка зрения историков и исследователей. Она строится на том, что технические показатели и цифры говорят о том, что торпеды не могли никак попасть в «Тирпиц».

Фото 21.

Но при все при этом все признают, что атака «К-21» производилась в исключительно сложных условиях обстановки к тому же экипажем, который отработал и сдал лишь вступительные задачи КПЛ и имел довольно ограниченный боевой опыт. Несмотря на это Н.А. Лунин и его подчиненные продемонстрировали большое личное мужество, сумев выйти в атаку на крупнейший боевой корабль кригсмарине, двигавшийся в мощном противолодочном охранении.

Это достижение тем более примечательно, если учесть тот факт, что ни одной другой советской подлодке не удалось выйти в атаку на боевой корабль размером крупнее эсминца, хотя потенциальные возможности к этому имелись.

Фото 22.

Хочется упомянуть и о командире подводной лодки, который осуществлял эту атаку на «Тирпиц».

Лунин Николай Александрович — командир подводной лодки (ПЛ) Щ-421 2-го дивизиона отдельной бригады ПЛ Северного флота, капитан 3-го ранга.

Родился 21 августа 1907 года в городе Одессе (ныне Украина) в семье служащего. Русский.

Окончил среднюю школу и в 1921 году поступил в школу водников в городе Мариуполе. После её окончания учился в Политехническом техникуме водных путей сообщения в Ростове-на-Дону, который окончил в 1929 году. Член ВКП(б)/КПСС с 1928 года.

В августе 1930 — ноябре 1931 годов служил на срочной службе в РККА, шифровальщик 8-го отдела штаба Северо-Кавказского военного округа. С 1931 года трудился деканом Одесского института инженеров водного транспорта, с 1933 года — на учебном парусном судне «Вега» на Чёрном море, был там вторым помощником, старшим помощником и капитаном судна.

В октябре 1935 года Н.А. Лунин, имевший опыт командования учебным парусником, направляется в ряды Военно-Морского флота. В 1937 году он оканчивает командирские классы Учебного отряда подводного плавания ВМС имени С.М. Кирова. С апреля 1937 года по март 1938 года — помощник командира ПЛ Щ-314 Краснознамённого Балтийского флота, а затем по октябрь 1938 года — командир ПЛ Щ-404 Северного флота.

В октябре 1938 года Н.А. Лунин необоснованно арестован и 2 ноября того же года уволен из кадров ВМФ. 27 ноября 1939 года реабилитирован, а 9 декабря 1939 года восстановлен в кадрах ВМФ с одновременным присвоением воинского звания «капитан-лейтенант». До апреля 1940 года находился в распоряжении командующего Северным флотом.

В апреле 1940 года Н.А. Лунин принимает под своё командование новую ПЛ Щ-421 с молодым экипажем (многие из матросов служили по первому году). К концу 1940 года эта лодка, несмотря на «юный» возраст, проходит полный курс боевой подготовки, а за несколько месяцев до начала Великой Отечественной войны отличается на учениях Северного флота.

В первый же день войны, 22 июня 1941 года Н.А. Лунин выводит свою «щуку» на морские коммуникации противника. Уже в первые месяцы войны капитан-лейтенант Н.А. Лунин проявил себя зрелым тактиком, незаурядным командиром-подводником.

Только за один боевой поход в ноябре 1941 года подводная лодка Щ-421 (бригада подводных лодок Северного флота), которой командовал Н.А. Лунин, потопила по докладу командира 3 транспорта противника.

К февралю 1942 года подводная лодка Щ-421 под командованием капитана 3-го ранга Н.А. Лунина, активно действуя на вражеских коммуникациях, совершила 5 боевых походов и потопила по донесениям командира 7 транспортов противника общим водоизмещением 49 тысяч тонн (фактически подтверждается 1 потопленный транспорт).

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 3 апреля 1942 года за успешное командование подводной лодкой и героизм, проявленный в боях с немецко-фашистскими захватчиками, капитану 3-го ранга Николаю Александровичу Лунину присвоено звание Героя Советского Союза, с вручением ордена Ленина и медали «Золотая Звезда». Подводная лодка Щ-421 награждена орденом Красного Знамени.

Фото 23.

С 4 марта 1942 года Н.А. Лунин командует крейсерской подводной лодкой «К-21» Северного флота. Экипаж подводной лодки произвел ряд минных постановок у берегов противника, высадку диверсионной группы в тыл врага, выходил в Карское море на поиск германского рейдера «Адмирал Шеер». В апреле 1942 года экипаж «К-21» обнаружил и оказал помощь подводной лодке «Щ-402», которая терпела бедствие.

5 июля 1942 года «К-21» под командованием капитана 2-го ранга Н.А. Лунина, прикрывая конвой союзников, атаковала вражеский линкор «Тирпиц», который шел в охранении 12 боевых кораблей.

Всего в качестве командиров двух ПЛ Н.А. Лунин совершил 12 боевых походов, провёл в море 181 сутки, выполнил 13 торпедных атак (израсходовано 47 торпед) и 4 минные постановки (выставлено 80 мин). Им было заявлено о потоплении 17 кораблей противника, из которых подтверждены противной стороной потопление двух транспортов торпедами и одного мотобота — орудийным огнём.

Фото 24.

С ноября 1943 года капитан 1-го ранга Н.А. Лунин командует 1-м дивизионом подводных лодок Северного флота, а в марте 1944 года становится слушателем Военно-морской академии имени К.Е. Ворошилова, которую успешно оканчивает в 1946 году.

С ноября 1946 года был начальником штаба учебной бригады подводных лодок, с июня 1947 — командиром учебного дивизиона подводных лодок 2-й бригады подводных лодок 8-го ВМФ (Балтика), с июня 1949 года — командиром 2-й бригады ПЛ 8-го ВМФ.

Затем проходил службу в госприемке: с октября 1950 года – уполномоченным по подводным кораблям группы Постоянной комиссии Госприемки в Ленинграде, с октября 1951 года – уполномоченным Балтийской группы Управления госприемки кораблей ВМФ. С мая 1956 года по январь 1957 года Н.А. Лунин – командир 22-й отдельной бригады подводных лодок Северного флота в губе Ягельная.

Фото 31.

С января 1957 года — начальник 11-го отдела ВМФ СССР. С апреля 1958 года занимал должности заместителя начальника 1-го научно-исследовательского института ВМФ, с марта 1961 года — начальника 9-го управления этого института. С июля 1961 года — начальник Центральной научно-исследовательской лаборатории аварийно-спасательного дела, с сентября 1961 года — начальник 228-й лаборатории Министерства обороны СССР. С апреля 1962 года контр-адмирал Н.А. Лунин — в отставке.

Депутат Верховного Совета СССР 2-го созыва (1946-1950).

Жил в городе-герое Ленинграде (ныне Санкт-Петербург).

В 1962-1964 годах — дублер капитана дизель-электрохода «Обь», совершил на нём рейс к берегам Антарктиды. Затем плавал на пароходе «Селенга». Скончался 17 ноября 1970 года. Похоронен на Богословском кладбище в Санкт-Петербурге.

Фото 25.

Герой Советского Союза Н.А. Лунин увековечен в монументе Славы, воздвигнутом в одном из военных городков Краснознамённого Северного флота. В память о нём установлены мемориальные доски на здании Ростовского мореходного училища имени Седова и на одном из зданий в городе Полярный Мурманской области. Именем Героя названы улицы в городах Полярном, Мариуполе и Ростове-на-Дону, в городе-герое Одессе, школа № 48 города-героя Мурманска.

31 июля 1983 года в городе Североморске (ЗАТО Североморск Мурманской области) на площади Мужества открыт памятник-мемориал «Подводная лодка К-21», посвящённый героическому экипажу краснознамённой подлодки и её командиру Н.А. Лунину. В 2011 году в городе Мариуполь установлен бюст Героя.

Фото 26.

Фото 27.

Фото 28.

Фото 29.

Фото 30.

Фото 35.

В настоящее время Краснознамённая подводная лодка «К-21» является филиалом Военно-морского музея Северного флота.

Фото 36.

Североморск город военный и закрытый. Попасть сюда можно только по приглашению тех, кто тут живет, работает, служит.

Фото 37.

Монумент на центральной площади Североморска.

Фото 38.

Фото 39.


 

источник

  • avatar
  • 1
  • .
  • +8

0 комментариев

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.