Будущий глава ЦРУ: «Россия снова стала сильной гораздо раньше, чем мы ожидали»

Уильям Бернс, проработавший 3 года послом в Москве, написал книгу об американской внешней политике

Уильям Бернс. REUTERS

Без пяти минут президент США Джо Байден на должность директора Центрального разведывательного управления (ЦРУ) выдвинул Уильяма Бернса — опытнейшего дипломата с огромным стажем, в недавнем прошлом занимавшего пост заместителя госсекретаря. 64-летний корифей считается в Штатах не просто одним из асов внешней политики. 

Он еще и блестящий специалист по России, неплохо владеющий русским языком. В 2005-2008 годах Бернс был послом США в нашей стране, не раз встречался с Владимиром Путиным, Дмитрием Медведевым, Сергеем Лавровым. Этот умный и деятельный американец куда лучше других своих коллег в команде Байдена знает Россию. Тем более интересно, как теперь проявит себя недавний карьерный дипломат, сделавшись шефом ведомства плаща и кинжала.

Взглянуть на Россию глазами самого Уильяма Бернса может помочь его книга «Невидимая сила», выпущенная на русском языке в издательстве «Альпина Паблишер».

С разрешения издательства публикуем некоторые отрывки из нее.

РАСШИРЕНИЕ НАТО — «УДАР В СПИНУ» РУССКИМ

В начале февраля (1990 г. — Ред.) при поддержке президента Буша госсекретарю Бейкеру удалось убедить канцлера Германии Гельмута Коля и министра иностранных дел этой страны Ганса-Дитриха Геншера принять формат «два плюс четыре», чтобы настаивать на скорейшем объединении Германии и ее полноправном членстве в НАТО, а СССР — в том, что в связи с окончанием холодной войны и потенциальным развитием сотрудничества с Советским Союзом ни продвижения НАТО на восток, ни его реформирования не планируется… Русские поверили ему на слово. В последующие годы они будут считать расширение НАТО на восток предательством, несмотря на то, что обещание Бейкера не было зафиксировано на бумаге и давалось до распада Советского Союза.

После переизбрания на второй срок в ноябре 1996 г. президент Клинтон запустил процесс расширения НАТО. Летом 1997 г. он официально пригласил в члены организации Польшу, Венгрию и Чехию. Позднее было подписано тщательно продуманное соглашение между НАТО и Россией… Тем не менее, поскольку обиды русских, вызванные ощущением, что с их интересами не считаются, никуда не исчезли, на российском политическом небосклоне начали собираться тучи, нагоняемые сторонниками теории «удара в спину». 

Это оставило след на отношениях России с Западом, который будет ощущаться еще не одно десятилетие. Даже такой выдающийся государственный деятель, как Джордж Кеннан, архитектор политики ядерного сдерживания, назвал решение о расширении НАТО «самой большой ошибкой американских политиков за все время после окончания холодной войны».

ЕЛЬЦИН УПРЯМ, КАК ОСЕЛ

В своем выступлении в апреле 1993 г. (президент Клинтон. — Ред.) заявил: «Если реформы в России будут свернуты, то есть, если она вернется к авторитаризму, распадется и погрузится в хаос, мы столкнемся с серьезной угрозой. Мир не справится с теми же процессами, что и в бывшей Югославии, но в масштабах такой огромной страны, как Россия». Несмотря на различия в возрасте и политической культуре, а также на все перипетии американо-российских отношений 1990-х гг., Клинтона и Ельцина связывали удивительно теплые отношения. Эти президенты были высокого роста и крепкого сложения, оба прошли трудный путь к власти, не имея врожденных привилегий. Обоим выпало править в нелегкое смутное время.

«Этому парню приходится нелегко, — сказал нам Клинтон, отправляясь на встречу с Ельциным. — Мы не должны давить на него слишком сильно, потому что лучшего партнера в России нам не найти». Усталый и лишенный поддержки народа, Ельцин все больше полагался на свое ближайшее окружение, то есть на консервативно настроенных силовых министров и собутыльников, чье влияние «при дворе» намного превосходило их профессиональную компетентность. 

Они уверяли Ельцина, что, усмирив Дудаева (Джохар Дудаев, на тот момент — лидер чеченских сепаратистов. — Ред.), он решит сразу три задачи: докажет способность контролировать ситуацию, обойдет с флангов своих противников-националистов и продемонстрирует широкой международной аудитории, что Россия, пережив момент слабости, начала возрождаться. Все эти усилия провалились самым позорным для России образом»… Посол Пикеринг поручил мне разобраться в ситуации в Чечне и представить свои соображения Вашингтону. 11 января 1995 г. я отправил туда телеграмму, в которой изложил наши предварительные выводы… Я писал, что в последние месяцы Ельцин и его советники совершили целый ряд серьезных просчетов, постепенно увязая в конфликте. При этом каждое последующее ошибочное стратегическое решение влекло за собой новое, еще более неудачное. Парадоксально, но факт: именно ослиное упрямство Ельцина, которое раньше помогало ему добиваться выдающихся побед, теперь может привести к поражению», — указывал я.

ТРУДНЫЙ РАЗГОВОР У КАМИНА

Мы прибыли в Барвиху. Помощник президента проводил нас в щедро выделенный для встречи обеденный зал. За огромным прямоугольным столом, во главе которого восседал Путин, расположился Совет безопасности Российской Федерации почти в полном составе. Сардонически усмехнувшись уголком рта, Путин сказал, что, будучи специалистом по истории России, Кондолиза Райс, несомненно, оценила эту картину. Она видела перед собой современное Политбюро, приближенных нового российского царя. Момент был непростой, как и сам Путин. 

Путин поприветствовал госсекретаря и объяснил, что гости собрались по случаю празднования сразу двух дней рождения — Игоря Иванова, бывшего министра иностранных дел, а ныне секретаря Совета безопасности, которому исполнился 61 год, и Дмитрия Медведева, первого заместителя председателя правительства, которому исполнился 41 год. За столом было весело, присутствующие то и дело предлагали тосты… После обеда Путин пригласил госсекретаря Райс в гостиную для приватной беседы. 

Мы с министром иностранных дел Сергеем Лавровым присоединились к ним, устроившись перед камином. Путин и Райс перешли к делу. Райс задала несколько вопросов о переговорах, которые Россия вела в связи с вступлением в ВТО (Всемирную торговую организацию — Ред.)… Его (президента России — Ред.) настроение резко изменилось, когда госсекретарь заговорила о Грузии, призвав русских не допустить эскалации конфликта с президентом Михаилом Саакашвили в связи с вопросом о статусе Абхазии и Южной Осетии...

— Саакашвили — всего лишь марионетка Соединенных Штатов, — сказал Путин. — Прекратите дергать за ниточки, пока не случилось беды. Указав на дверь, ведущую в столовую, он добавил:

— Хочу сказать вам то, чего еще не знает никто из сидящих там. Если Грузия устроит кровопролитие в Осетии, я буду вынужден признать независимость Южной Осетии и Абхазии и ответить силой.

Обстановка постепенно разряжалась, Путин и Райс снова сели. Путин все еще был раздражен, но спокойно закончил:

— Мы могли бы говорить об этом целую вечность, но я хочу, чтобы вы поняли одно: если Саакашвили что-то затеет, мы быстро это прекратим.

Сделав это заявление, Путин извинился, сказав, что должен пожелать спокойной ночи именинникам и гостям. Он передал эстафету Сергею Иванову, который постарался еще раз донести до нас всю важность сигнала Путина относительно Грузии. Впрочем, в этом не было необходимости. Воинственность Путина и так произвела впечатление. Это была не та Россия, которую я покинул 10 лет назад, — лежащая на обеих лопатках, переживающая стратегический упадок. 

Поднявшись на волне рекордно высоких цен на нефть, 15 лет лелея свои обиды и убеждение, что Соединенные Штаты использовали момент исторической слабости России в своих интересах и теперь упорно стремятся не дать ей подняться, Путин был полон решимости показать, что снова сделал Россию великой державой и нам придется с этим смириться.

ПРОФЕССИОНАЛ О ПРОФЕССИОНАЛЕ

После нашей первой встречи в его кабинете министр иностранных дел Сергей Лавров приехал в Спасо-Хаус (резиденция посла США в Москве. — Ред.) на встречу с глазу на глаз за ланчем. Лавров — дипломат мирового класса, искусный переговорщик, не упускающий ни одной детали и обладающий неиссякаемым творческим воображением. Он умеет быть колючим и высокомерным, особенно если плохо относится к собеседнику или когда ему приходится отстаивать заведомо несостоятельные позиции. Будучи ветераном ООН, где он почти 10 лет трудился на посту постоянного представителя Российской Федерации, он привык стойко переносить нападки со всех сторон, которые обрушивались на него во время многочасовых заседаний.

Лаврову удалось выжить на убийственных дебатах благодаря таланту рисовальщика и карикатуриста. (У меня до сих пор хранится один из его скетчей — волчья морда, выражение которой точно передает атмосферу скуки, царящую на одной из встреч с американской делегацией.)

Лавров устроил критический разбор ошибок в американской внешней политике, допущенных, по его мнению, администрацией Джорджа Буша-младшего… Он был слишком умен и слишком квалифицирован, чтобы проигнорировать потенциал сотрудничества между нашими странами, прежде всего в области экономики и ядерного разоружения.

МЛАДШЕГО ПАРТНЕРА ИЗ РОССИИ НЕ ВЫШЛО

Условия негласного соглашения, которое Путин хотел заключить с США, включали выступление единым фронтом против терроризма, в котором Россия действовала бы на стороне Америки в борьбе против «Аль-Каиды»* и «Талибана»** в Афганистане, а Вашингтон, в свою очередь, поддержал бы жесткую тактику Москвы в отношении чеченских боевиков. Кроме того, Соединенные Штаты, по мнению Путина, могли бы обеспечить России исключительное влияние на пространстве бывшего Советского Союза, не продвигая НАТО за пределы стран Балтии и не вмешиваясь во внутреннюю политику России.

Вскоре российский президент продемонстрировал, что способен выполнить свою часть предполагаемой сделки. Несмотря на серьезные опасения российских военных и представителей служб безопасности, он облегчил американским войскам доступ и транзит в Афганистан через среднеазиатские государства… Однако Путин быстро понял, что такого рода сделка никогда не планировалась США… У Вашингтона не было никакого желания — и никакой причины — предлагать что-то России в обмен на ее участие в борьбе против «Аль-Каиды»*.

Сколько бы мы с русскими ни твердили друг другу, что от окончания холодной войны и распада СССР все только выиграли и никто не проиграл, нам все-таки не удалось предотвратить у них ощущение поражения и унижения, вызванное этими событиями. Исторические процессы протекают волнообразно, и Россия, как это было уже не раз в ее бурном прошлом, в конечном счете должна была оправиться от катастрофы. 

Рано или поздно должен был наступить момент, когда Россия стала бы достаточно сильной, чтобы отказаться от роли младшего партнера, в которой она чувствовала себя так некомфортно, даже если в долгосрочной перспективе ее роль как великой державы продолжала бы ослабевать. Этот момент настал раньше, чем ожидал кто-либо из нас.

* и ** — террористические организации, запрещенные в РФ

источник

  • avatar
  • .
  • +15

0 комментариев

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.