Полная стенограмма встречи президента со студентами в Сколково. Часть 2.

Часть 1: magspace.ru/blog/203211.html


Д.БАБИНОВ: Я бы хотел затронуть такую тему. Я занимаюсь спортом с детства.

Д.МЕДВЕДЕВ: Чем?

Д.БАБИНОВ: Волейболом, выступаю за институт. И у меня возникает такая проблема, то, что дорого заниматься спортом и физкультурой в спортивных учреждениях. Хотелось бы какие-то скидки или льготы ввести для студентов.

Д.МЕДВЕДЕВ: Имеется в виду при посещении городских физкультурно-оздоровительных комплексов?

Д.БАБИНОВ: Да.

Д.МЕДВЕДЕВ: Мне нечего здесь возразить, Вы абсолютно правы. Вообще нормальные руководители городов и регионов так и делают, потому что далеко не во всех высших учебных заведениях есть свой спорт. Но опять же я могу апеллировать к каким-то своим впечатлениям, даже в таком крупном вузе, как Санкт-Петербургский университет, не было больших возможностей для занятия спортом.

Где есть возможности для занятия спортом? Там, где есть кампус, где есть студенческий городок. Когда университет таким образом развивается, тогда, конечно, можно рассчитывать на то, что создадут спортивные залы, площадки, бассейны. Но значительная часть университетов, институтов, особенно расположенных в городе в старых зданиях… У Вас, наверное, это приблизительно так, не отдельный комплекс?

Д.БАБИНОВ: У нас такая ситуация сложилась, что у нас нет своего спортзала.

    «Можно во всём отказать, кроме столовой, разве что, но wi-fi должен быть везде. И, если хотите, это моё поручение Министерству образования и всем ректорам, этим заняться, потому что университет без сети – это не университет».

 Д.МЕДВЕДЕВ: Нет спортзала. Понятно.

Д.БАБИНОВ: У нас рядом спортивное сооружение, оно принадлежит предприятию.

Д.МЕДВЕДЕВ: И предприятие с вас лупит деньги.

Д.БАБИНОВ: Оно нам сдаёт его, мы его у него снимаем.

Д.МЕДВЕДЕВ: Сколько платить надо, интересно?

Д.БАБИНОВ: Я не знаю.

Д.МЕДВЕДЕВ: В городских спортивных залах, чтобы позаниматься волейболом, сколько нужно платить? Вы ходите, Вы платите что-то?

Д.БАБИНОВ: Нам институт это оплачивает.

Д.МЕДВЕДЕВ: Оплачивает. Уже хорошо.

Д.БАБИНОВ: Но помимо волейбола ещё и в тренажёрный зал, и так далее.

Д.МЕДВЕДЕВ: Да, или в бассейн тот же самый.

Д.БАБИНОВ: Это уже за свой счёт, а на стипендию невозможно.

Д.МЕДВЕДЕВ: Это невозможно, конечно.

В общем, возвращаюсь к самой теме. В принципе Вы правы, надо, чтобы в городах существовали системы дотирования студенческого спорта. Это вряд ли можно сделать за счёт только бюджета университета. Может быть, надо посмотреть и на то, чтобы городской бюджет использовать или региональный бюджет, краевой, областной, для того чтобы студенты университетов могли посещать спортивные залы.

Потому что у нас есть скидки для пенсионеров, у нас есть скидки для детей, они почти везде есть, где-то больше, где-то меньше, но для студентов далеко не везде. Но студенты не самые богатые люди, это очевидно. Но надо тогда, чтобы городские или областные начальники озаботились введением соответствующих скидок. Надо будет подумать об этом.

Д.БАБИНОВ: Спасибо.

Д.МЕДВЕДЕВ: И последнее, просто на будущее. У вас у всех рано или поздно закончится учёба, кто-то из вас, может быть, даже будет преподавателем. Конечно, нам важно создавать сейчас такие университетские центры, может быть, даже путём слияния нескольких университетов в один, чтобы были все условия для гармоничного развития человека – молодого человека, студента. Может быть, мы действительно здесь специально в хороших условиях собрались в качестве такого примера.

Почему я об этом говорю? Потому что ведущие международные университеты, вы знаете, они всегда расположены в кампусах, где есть, собственно, всё. Я сказал, что для того, чтобы студент мог учиться, нужно, чтобы была библиотека, был интернет. Но, наверное, я ошибся, ещё нужен спортзал.

Потому что для того, чтобы нормально себя чувствовать, нужно, конечно, спортом заниматься. Но если его нет, то тогда, конечно, это городские спортивные залы и система скидок. Тут другого варианта нет, студенты не смогут за себя платить. Во всяком случае, все не могут платить за себя. Понятно.

И.КОЛОБОВНИКОВА: Здравствуйте! Ирина Колобовникова, город Новокузнецк, студентка второго курса, в будущем инженер-конструктор.

И меня сейчас волнует такой вопрос. У нас в стране сейчас очень мало хороших инженеров, вследствие чего у нас сейчас в школе физика является необязательным предметом, то есть она является предметом по выбору. Хотелось, чтобы её сделали обязательным предметом.

Д.МЕДВЕДЕВ: Для меня это новая информация. Может, я поотстал, хотя я когда разговариваю со своим школьником, сейчас сын как раз в выпускном классе, у него что-то всё время физика, и ничего он не выбирал, по-моему, обязаны учить.

И.КОЛОБОВНИКОВА: У нас, допустим, сейчас обязательно один час в неделю получается физика, а всё остальное время – по выбору.

Д.МЕДВЕДЕВ: Нет, это немножко другое дело. Всё-таки физика не является факультативным предметом, потому что я испугался, физика – это всё-таки общеобязательный, очень важный предмет. Но более глубокие, так сказать, знания – они именно по выбору самого учащегося. Так?

И.КОЛОБОВНИКОВА: Это понятно, да. Но хотелось, чтобы её всё равно было побольше, потому что не каждый ученик будет выбирать физику, так как это всё-таки сложная наука.

Д.МЕДВЕДЕВ: Это правда. Но лучшее – враг хорошего.

В принципе я, естественно, за то, чтобы физики было больше, как было больше других сложных предметов. И то же самое математики: алгебра, геометрия.

Я знаю, что там и с астрономией проблемы в школе были. Я не знаю, сейчас она осталась или нет?

И.КОЛОБОВНИКОВА: Только факультатив.

Д.МЕДВЕДЕВ: Когда я учился, астрономия была ещё обязательным курсом, причём, по-моему, в 10-м, выпускном классе. Это справедливо.

С другой стороны, понимаете, мы, конечно, должны смотреть на сбалансированность учебной программы. Это самое сложное. Потому что школьники всё-таки довольно-таки сильно перегружены, это тоже правда. У них большой объём занятий, большое количество часов. И в конечном счёте, мне кажется, это ответственность, с одной стороны, школы, конечно.

С другой стороны, всё-таки в старших классах, мне кажется, не вполне справедливо лишать детей – школьников – выбора, потому что, допустим, к 10–11-му классу все приблизительно себе уже представляют, где они будут учиться. Ну кто как, согласен, да. Я, кстати, тоже не «парился» достаточно долго.

    «Я дам поручение Минобразования посмотреть на вопрос создания нормативной основы для того, чтобы студенты ездили в студенческие командировки с полной или частичной компенсацией затрат на командировку, особенно если это в интересах самого университета».

Это не значит, что нельзя сделать выбор в последний момент. Тем не менее где-то к 10-му классу уже зреет выбор или, так сказать, ощущение того, чем ты будешь заниматься: какими-то гуманитарными дисциплинами или точными, техническими – тоже может быть по-разному.

Я вспоминаю, например, в 10-м классе – это выпускной класс – я очень долго ходил на курсы (где были, кстати, физика, математика) при одном из ленинградских университетов, хороших университетов, и там формулы разные писал, а в итоге всё-таки пошёл на юридический факультет. Поэтому у каждого человека по-разному.

Я за то, чтобы количество часов было оптимальным, но вопрос именно в том, где этот оптимум. Понимаете, я сейчас могу сказать Министру образования и науки увеличить количество часов по физике – поднимется хай, скажут: а мы не хотим физику учить, мы собираемся быть гуманитариями, хотим русский язык и литературу изучать или иностранный язык, или право то же самое, и нам эта физика не нужна, мы с ней никогда не столкнёмся.

Поэтому, суммирую, мне кажется, должно быть так: должен быть достаточный уровень часов обязательного курса и возможность получить дополнительные знания, факультативные знания, для тех, кто принял для себя такое решение. Потому что если человек, например, не занимался физикой на протяжении 10-го и 11-го класса и решил пойти в технический вуз, думаю, что ему не поступить будет, но тогда он сам виноват, ему нужно было этим заниматься всё-таки, – это так.

И.КОЛОБОВНИКОВА: Просто я сама с этим столкнулась: я училась в гуманитарном классе, а пошла на техническую специальность…

Д.МЕДВЕДЕВ: А в гуманитарном классе нельзя было выбрать факультатив и больше изучать физику?

И.КОЛОБОВНИКОВА: Я занималась, то есть я занималась этим дополнительно – репетиторы и всё остальное. Это, конечно, можно. Но, не знаю, для меня был выбор, допустим, что я на техническую специальность, это уже вот-вот экзамены, и я только тогда решила, а до этого, в 10–11-м классах, я даже никогда и не думала, что я пойду на такую специальность.

Д.МЕДВЕДЕВ: У каждого свой путь. На самом деле мне знакомы Ваши ощущения, потому что я тоже в 10-м классе (тогда 10 классов учились, а не 11) долго выбирал, учиться ли в техническом университете, тогда – институте, или в гуманитарном, но в итоге определился, наверное, только где-то к середине 10-го класса, может быть, даже позже. Но лучше это делать всё-таки раньше.

Вы когда, например, решили, что будете педагогом?

А.СИМОНОВА: Как только сознательный возраст наступил, я и решила.

Д.МЕДВЕДЕВ: Это какой возраст, сколько лет было?

А.СИМОНОВА: Думаю, когда мне было лет десять, я перестала уже мечтать стать певицей, и сразу…

Д.МЕДВЕДЕВ: Сразу решила стать педагогом.

Ну когда мне было лет десять, я сам ещё хотел быть учителем, я помню, но потом уже расхотел.

Ребята, можно спросить не только то, что вас волнует по линии университетов, по линии образования, студенческой жизни, не то, что вас в студенческой жизни волнует, можете какие-то другие вопросы задать.

Пожалуйста.

И.РАЙХЕЛЬ: Хорошо.

Я будущий преподаватель немецкого и английского языков.

Д.МЕДВЕДЕВ: Понятно, тут у нас или учителя, преподаватели немецкого и английского языка, или конструкторы.

И.РАЙХЕЛЬ: Я верну нас к проблемам общежития. Тут небольшая предыстория. Зимой этого года у нас в общежитии, где я проживаю с супругом, как студенческая семья, был пожар, погибла студентка. И этот пожар произошёл на самом деле по вине бывшего сотрудника нашей педакадемии, который таковым больше не является уже на протяжении какого-то долгого периода времени.

И проблема в том, что выселить их невозможно по Жилищному кодексу, то есть он не позволяет в данный момент выселить человека в никуда. То есть человек когда-то у нас работал, прописался в общежитии, а сейчас, даже с помощью суда, выселить его невозможно.

Д.МЕДВЕДЕВ: Вы знаете, я сейчас не готов с Вами спорить. Когда-то я в этом разбирался неплохо, в общем, это как раз та профессия, которой я занимался, включая жилищное право. Могу сказать так: если у вас общежитие, и статус общежития, и этот человек там жил как студент, то выселить его можно, потому что студент, как Вам хорошо известно, не приобретает постоянного права пользования жилым помещением. Значит, он был в общежитие заселён по другому основанию.

И.РАЙХЕЛЬ: Как сотрудник.

Д.МЕДВЕДЕВ: Да. И тогда для него это уже не просто общежитие, а скорее всего для него это была служебная жилая площадь. Здесь всё тоже не совсем так, как принято считать. Со служебной площади можно выселить без предоставления другого жилья.

Другое дело, что существуют иногда всякие льготные основания, по которым человека нельзя просто выбросить на улицу. Но в принципе, если человек обладал именно служебным жилым помещением, то он подлежит выселению именно, что называется, на улицу и без всякого другого жилья, если это требует работодатель. Почему это у вас произошло, я не знаю.

И.РАЙХЕЛЬ: У нас были суды уже.

Д.МЕДВЕДЕВ: Это конкретная, может быть, ситуация. Но вообще-то, ещё раз говорю, из служебного жилья выселение возможно. Вопрос в судебной практике и в том, какие были льготы у конкретного человека.

Я Вас, извините, прервал. В чём вопрос?

И.РАЙХЕЛЬ: Это предложение о послаблении Жилищного кодекса в данной ситуации.

Д.МЕДВЕДЕВ: Вы знаете, на самом деле Вы эту точку зрения представляете, а те, кто живёт в служебном жилье, сказали бы наоборот: мы здесь уже всю жизнь живём, и нас нельзя выгонять на улицу, потому что, по сути, для нас это единственное жильё.

    «Где есть возможности для занятия спортом? Там, где есть кампус, где есть студенческий городок. Когда университет таким образом развивается, тогда, конечно, можно рассчитывать на то, что создадут спортивные залы, площадки, бассейны».

В принципе, ещё раз говорю, из служебных жилых помещений выселение возможно в любой момент после расторжения договора, кроме случаев, когда человек имеет определённые льготы. Эти льготы действительно варьируются, и по новому жилищному законодательству тоже.

Я услышал, Вы выступаете за то, чтобы сделать Жилищный кодекс более строгим и таких людей выселять.

И.РАЙХЕЛЬ: Справедливым.

Д.МЕДВЕДЕВ: Понимаете, справедливость – тонкая штука. Вы привели печальный случай, наверное, это, по сути, преступление, ещё что-то, но в принципе очень много ситуаций, когда люди действительно никакого жилья не имеют, их когда-то заселили в служебное жильё, это жильё очень плохого качества, у них есть дети, они довольно долго работали. В этом случае обычно суды становятся на сторону тех, кто проживает, на сторону нанимателей. В общем, это в определённых ситуациях тоже справедливо.

Я не про этот случай, но я говорю, что это довольно сложная, тонкая проблема, к ней нужно так и относиться.

И.РАЙХЕЛЬ: Спасибо.

Д.МЕДВЕДЕВ: Пожалуйста.

О.НЕЧАЕВА: Здравствуйте! Меня зовут Ольга. Я являюсь студенткой четвёртого курса Сибирского государственного индустриального университета.

Помимо студенческой активной жизни и ведения каких-то научных работ я ещё занимаюсь творчеством: я занимаюсь в коллективе профессионального танца. У нас коллектив делится на две части: восточный и фламенко. Мы уже занимали на «Всероссийской студенческой весне» первое и второе места. И занимаемся в нашем культурном центре при нашем университете.

У нас есть огромный культурный центр. Но беда в том, что этот культурный центр был построен очень давно. И там нет условий для занятия танцами. То есть огромная площадь, и огромные площади пустуют только потому, что они находятся в плохом состоянии. То есть там нельзя заниматься, нет гримёрных комнат, где мы могли бы наложить какой-то макияж…

Д.МЕДВЕДЕВ: Это где у вас университет?

О.НЕЧАЕВА: В Новокузнецке.

И у нас от университета там занимаются 650 студентов и более 40 творческих коллективов. На самом деле можно уместить намного больше студентов и занятий.

И ещё проблема в том, что помимо нас, ребят СибГИУ, есть ещё и другие университеты, другие студенты, школы, техникумы, часто у нас проводятся какие-то мероприятия. Мы бы хотели объединяться, объединяться творческим коллективом, проводить какие-то совместные мероприятия, но нет такого места, где бы мы могли это делать.

Даже если мы хотим провести какое-то мероприятие, фестиваль, нам даже приходится договариваться с какими-то ночными клубами, чтобы, к примеру, они делали сами билеты, то есть продавали, и на этом, можно сказать, делали деньги. Нам самое главное где-нибудь выступить. То есть у нас нет такого помещения.

Д.МЕДВЕДЕВ: Да, но идея какая?

О.НЕЧАЕВА: Мы обращались к нашей администрации, к университету, они сказали: у нас нет денег.

Д.МЕДВЕДЕВ: Наверное, и не будет.

О.НЕЧАЕВА: Конечно, хотелось бы от всех творческих людей города Новокузнецка, потому что на самом деле из Москвы очень многие звезды приезжают выступать к нам, в Новокузнецк…

Д.МЕДВЕДЕВ: Вы скажите, что нужно сделать? Потому что я слышу, что денег нет, а что хотелось?

О.НЕЧАЕВА: Капитальный ремонт мы бы очень хотели.

Д.МЕДВЕДЕВ: Капитальный ремонт этого зала или что?

О.НЕЧАЕВА: Да, нашего культурного центра.

Д.МЕДВЕДЕВ: А он именно при университете существует?

О.НЕЧАЕВА: При университете. Мы вообще на самом деле хотели бы сделать культурный центр единый для всего города, для всей молодёжи города, потому что он большой по размерам и позволяет это сделать.

Д.МЕДВЕДЕВ: Придётся сказать вашему губернатору, раз у университета нет денег.

О.НЕЧАЕВА: А ещё можно, пожалуйста, один вопрос, который очень сильно волнует?

Д.МЕДВЕДЕВ: Пожалуйста.

О.НЕЧАЕВА: Мы сейчас студенты, мы живём все в общежитиях, приехали из других городов. Мы хотим стать специалистами и работать, на наших заводах трудиться честным трудом. У нас такая проблема: мы заканчиваем учиться, выселяемся из общежития, нам негде жить. Потому что не все могут уехать на село, там может даже не быть специальностей, по которым мы сейчас учимся.

Д.МЕДВЕДЕВ: Конечно.

О.НЕЧАЕВА: Может быть, такое предложение: сделать какую-то поддержку молодого специалиста, который только что выпустился и идёт работать по специальности. В данный момент у нас в городе строится огромное количество жилых домов, но там заоблачные цены, заоблачные проценты. У нас есть какие-то муниципальные программы…

Д.МЕДВЕДЕВ: Кстати, у вас, в вашем крае, насколько я помню, потому что я посещал не у вас, в Новокузнецке, в Кемерове, по-моему, я что-то смотрел на эту тему, и у вас, я думаю, тоже должно быть… Есть же специальные ипотечные программы, они, конечно, тоже не очень дешёвые. Но в целом в регионах, и у вас это, я знаю точно, было, существует система дотирования ипотечной ставки за счёт бюджета. Это, пожалуй, единственное, что реально можно сделать для молодого специалиста.

Вы понимаете, сейчас жильё так не распределяется, как это раньше делалось, поэтому для молодого специалиста очень важно просто попасть в соответствующую программу и получить возможность взять кредит на каких-то нормальных, сносных условиях, которые будут выполнимы в ближайшие пять–десять лет. Это единственная возможность, которая должна быть в каждом регионе. Не знаю, как в Новокузнецке, но в целом по стране такая система работает, где как: где-то хорошо, где-то совсем плохо.

    «Надо, чтобы в городах существовали системы дотирования студенческого спорта».

 

Очень важно, конечно, какая ставка будет, потому что (я неоднократно общался с молодёжью, которая только что окончила университет и стала работать) для большинства из тех, кто только что закончил университет, кредитная ставка, ипотечная ставка по такому договору почти неподъёмная, значит, её нужно снижать или, как принято говорить, субсидировать.

Если она, допустим, около 10 процентов, то если её снизить процентов до пяти, то это уже более или менее ничего. И плюс очень важно, чтобы, допустим, или государство, если речь идёт о бюджетниках, или же работодатель, если речь идёт о предприятии, частной компании, могли помочь внести первый взнос. Такие программы, они должны быть именно такого плана.

О.НЕЧАЕВА: Чтобы получить какой-то первый взнос либо какую-то беспроцентную ссуду…

Д.МЕДВЕДЕВ: Я об этом и говорю.

О.НЕЧАЕВА: …нужно пять лет хотя бы стоять. Просто обидно, что стоят пустые квартиры, 50 домов с пустыми квартирами. Может быть, нам бы пока выдавали эти квартиры, живите, но мы бы выплачивали государству эти деньги.

Д.МЕДВЕДЕВ: Вы знаете, давайте к этому относиться всё-таки реально. Если есть деньги выплачивать – берите, если денег нет, то тогда эти деньги нужно где-то брать. Правильно? Взять их можно только в банке. Банк должен вам тогда эти деньги дать с какой-то ставкой, потому что банк бесплатно денег не даёт.

Если вы способны платить ту ставку, которая существует, допустим, применительно к условиям Кузбасса, тогда это хорошо. Но обычно молодые люди этого не способны сделать. Тогда нужно, чтобы областное или городское правительство приняло решение о том, что молодые специалисты получают этот кредит по другой ставке. Но для этого нужно, чтобы деньги были в бюджете. Это не очень просто. Это первое.

И второе. Вообще, конечно, желательно всё-таки, чтобы сами работодатели, когда приглашают молодёжь, думали о том, как они будут её обеспечивать жильём, потому что на самом деле это же сейчас проблема работодателей, и они должны думать, как они привлекут хороших современных специалистов. Вы кем будете работать?

О.НЕЧАЕВА: Я буду инженером по автоматизации электрооборудования.

Д.МЕДВЕДЕВ: Куда собираетесь пойти работать? Есть какое-то предприятие?

О.НЕЧАЕВА: «ЕвразХолдинг».

Д.МЕДВЕДЕВ: Крупное предприятие на самом деле. У них есть жилищная программа?

О.НЕЧАЕВА: Есть жилищная программа, но нужно отстоять порядка 5–7 лет.

Д.МЕДВЕДЕВ: Прежде чем в неё попадёшь?

О.НЕЧАЕВА: Да. Конкретно сейчас. Потому что эта программа постоянно меняется, и в данный момент это нужно уточнять каждые, наверное, полгода.

Д.МЕДВЕДЕВ: Ребята, я ещё одну могу вещь сказать. Очень редко, когда кто-нибудь получает жильё сразу после окончания университета. Когда я закончил аспирантуру и защитился, мне было 24 года – довольно рано. Но своё первое жильё я получил, когда мне было 30 лет, и заработал я его сам, мне никто не помогал, я просто вкалывал, зарабатывал деньги. Но у каждого свои возможности: кто-то в одном месте, кто-то в другом.

В принципе, конечно, очень хорошо, когда студенты, выпускаясь из университета, могут сразу получить жильё, но это на самом деле, я думаю, реально. Жильё, которое в постоянное пользование или в собственность, возможно только в очень ограниченном числе случаев. Может быть, в деревне это потенциально возможно, а в городе это почти невозможно.

Самое главное, чтобы были доступные программы кредитования, может быть, не с пятого года, действительно, с третьего, я с этим согласен. Но, с другой стороны, знаете, работодатель тоже должен посмотреть, а что это за работник.

Я бы на месте холдинга «Евраз» – кто у нас там, Абрамов с Абрамовичем? – сначала пригляделся бы к человеку и решил для себя, надо ему кредит давать, как-то субсидировать кредитную программу или нет. Потому что человек должен себя проявить, это же тоже очевидно.

С.БАЛАКИРЕВ: Не могли бы Вы вкратце обрисовать общую картину того, что представляет собой Сколково? Какой интерес для будущих нанотехнологов?

Д.МЕДВЕДЕВ: Мы с вами находимся немножко в другом Сколково, вы понимаете. Сколково – это такое географическое название.

Мы сейчас с вами находимся в бизнес-школе «Сколково», которая готовит будущих бизнесменов, скажем так, то есть даёт специальное образование, а если вы говорите о научно-техническом центре «Сколково», то это такая очень большая затея, она территориально действительно находится близко, связана с этой, и мы в ближайшее время собираемся построить там целый современный, новый инновационный парк.

Там будет всё: там будут, естественно, и нанотехнологии, там уже участвует наша корпорация нанотехнологий, там создаются специальные возможности, и самое главное, что мы туда зовём так называемых резидентов, то есть это те компании, которые получат прописку в Сколкове, которые получат льготы по налогообложению, по арендной плате, по некоторым другим моментам внутри Сколково, и смогут вести там бизнес.

Собственно, это то, что принято называть инновационным кластером. Но почему этому уделяется столько внимания – потому что у нас, к сожалению, в других местах не всё получается. У нас есть технопарки, инновационные парки и в других городах, в других регионах, но моя идея была в том, чтобы создать такой очень мощный даже не технопарк, а именно инновационный центр рядом с Москвой, куда можно было бы пригласить крупные мировые компании и в то же время молодые силы собрать, таких людей, как вы, как ваши сверстники, для того чтобы был синтез бизнеса и науки.

Вот, собственно, в этом задача. Естественно, там будут самые разные виды исследований, но для этого ещё потребуется некоторое время – это вообще, может быть, несколько лет, прежде чем он заработает в полную силу.

И ещё раз говорю, в чём преимущество Сколково, – в том, что под Сколково создана специальным законом нормативная основа. И здесь есть льготы, которых нет в других местах.

Я вам желаю сюда попасть.

С.БАЛАКИРЕВ: Спасибо большое.

Д.МЕДВЕДЕВ: Ребята, спасибо вам за то, что вы сегодня мне задали вопросы, которые имеют, конечно, значение и для вас лично, и для ваших университетов. Но я исхожу из того, что они имеют значение и для всех других студентов, потому что в ваших вопросах, как в капле воды, отражаются основные проблемы, с которыми сталкиваются обычные студенты: это и образование, и здоровье, и питание, и интернет, и, естественно, распределение, и жильё. Легко не будет.

Но скажу вам в конце один секрет: на 90 процентов это зависит от вас и только на 10 процентов – от тех условий, в которых вы живёте. Это абсолютная правда.

Я всем вам желаю успехов и счастья.

  • avatar
  • .
  • -33

0 комментариев

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.